Большое древо электроники. Часть 1: Хаус

В нулевой части всё было готово: синтез, повтор, пульт как инструмент, прямая бочка и двенадцатидюймовка. Не хватало дешёвой драм-машины и места, где всё это соберётся. Место называлось Warehouse.

В июле 1977 года двадцатидвухлетний диджей из Бронкса Фрэнки Наклз переехал в Чикаго. Владелец Роберт Уильямс позвал его музыкальным директором в только что открывшийся клуб на Саут-Джефферсон-стрит — заведение для чёрной и гей-публики, работавшее после закрытия обычных баров. Клуб назывался The Warehouse, помещение было узким, а Наклз, по собственным словам, тогда ещё не нашёл своего стиля.

Он привёз с собой нью-йоркскую школу: Дэвид Манкузо из The Loft, Ники Сиано, Ларри Леван. И привёз коллекцию пластинок. А дальше начал делать то, чего в Чикаго не делал никто: брал две копии одной вещи и играл с ними — повторял проигрыш дважды, выкидывал куски, склеивал собственные версии на катушечном магнитофоне.

«Эти склейки сводили толпу с ума, — вспоминал Наклз. — Люди говорили: у меня же дома есть эта пластинка, и звучит она не так».

Откуда взялось слово. Посетители называли клуб просто «Хаус» — сокращённо от Warehouse. Когда музыку, которую там играли, начали спрашивать в магазинах, продавцы стали помечать ящик соответствующим образом. Сам Наклз узнал об этом позже: «Я не знал, что у неё есть название. Мне говорят — ну это же „Хаус“, так все называют. И я подумал: а, вот оно что».

То есть жанр получил имя от адреса. Ровно как гранж — из рекламной рассылки, а альтернатива — из графы в чарте.

Про технику. Второе условие появилось примерно тогда же. Roland выпустил драм-машину TR-808 в 1980-м и басовый синтезатор TB-303 в 1982-м; оба провалились в продаже — 808 звучала неубедительно для тех, кому нужны были настоящие барабаны, а 303 не справлялась с задачей заменить бас-гитару. Через два-три года они хлынули на прилавки подержанной техники по бросовым ценам и попали в руки чикагским подросткам. Вся эта часть цикла — история о том, что из этого вышло.

Диско + драм-машина + катушечные склейки → хаус → всё, о чём эта часть

Когда и где. Чикаго, 1977–1984. Три площадки и одна радиостанция. The Warehouse с Наклзом до 1983 года, потом Music Box с Роном Харди, потом Power Plant, куда Наклз ушёл делать собственный клуб и где впервые ввёл в сет драм-машину. Плюс Hot Mix 5 на WBMX — субботняя передача, которую слушал миллион человек и записи которой расходились по стране на кассетах.

Точка ноль на виниле — «On and On» Джесси Сондерса и Винса Лоуренса, вышедший в 1984 году на его собственном лейбле Jes Say. Собран на TR-808, TB-303 и Korg Poly-61, и это первая хаус-запись, отпечатанная на пластинке: музыка вышла из диджейских сетов и катушечных склеек в тиражируемую форму.

Как звучит. Прямая бочка, темп около 120–128. Хай-хэт на слабую долю. Басовая линия из синтезатора, короткая и повторяющаяся. Структура без куплетов и припевов — набор слоёв, которые входят и выходят. Вокальные фрагменты вместо песни. Всё построено на повторе, и в этом прямое родство с минимализмом из нулевой части.

Производственная логика тоже новая: не нужны ни группа, ни студия, ни бюджет. Достаточно драм-машины, синтезатора и комнаты. Эту модель потом унаследует вся электроника.

Знаковые записи.

Пик. 1984–1990. Дальше жанр перестаёт быть чикагским: инициативу перехватывают Нью-Йорк, Британия и континентальная Европа.

Про Рона Харди. Фигура, которую в популярных пересказах постоянно недооценивают, хотя чикагские первопроходцы называют настоящим крёстным отцом хауса именно его. Он играл громче, быстрее и злее Наклза, крутил на танцполе черновые записи местных ребят и делал из них хиты. Умер в 1992 году в тридцать три года от СПИДа, оставив мало собственных записей, — отсюда и перекос в его сторону забвения.

Кто сейчас. Чикагская линия жива через Derrick Carter, Green Velvet, Honey Dijon. Плюс лейблы вроде Trax и Dance Mania переиздают каталог, а сам звук вернулся в моду в двадцатые.

Хаус + TB-303 → эйсид → рейв-культура, транс, весь британский танцпол

Когда и где. Чикаго, 1985–1987. И это лучшая история про случайность во всём цикле.

Трое парней — Нейтан «Ди-джей Пьер» Джонс, Эрл «Спэнки» Смит и Херберт «Херб Джей» Джексон, назвавшие себя Phuture, — раздобыли подержанный TB-303 и не понимали, как он работает. Инструмент задумывался как замена бас-гитаре для репетиций, и в этом качестве был бесполезен. Они часами крутили ручки, пытаясь его настроить, — и в какой-то момент, вращая резонанс и частоту среза в реальном времени, получили звук, которого никто раньше не слышал: булькающий, визжащий, живой.

Записали часовой джем на кассету, свели до двенадцати минут. Пьер отдал плёнку Рону Харди, тот поставил её в Music Box четыре раза за одну ночь. Публика запомнила вещь как «эйсид-трек Рона Харди» — по надписи на кассете. Официально она вышла в 1987 году на Trax под названием «Acid Tracks», продюсировал Маршалл Джефферсон.

Важная поправка к мифу. Слово «эйсид» в названии не имеет отношения к звуку 303. По словам Ди-джея Пьера, надпись на кассете отсылала к ЛСД — популярному в клубе веществу. Жанр назван по наркотику, а не по кислотности тембра, хотя объяснение через тембр звучит убедительнее и потому кочует по статьям.

Как звучит. Всё держится на TB-303 с вывернутыми резонансом и срезом: линия не столько играет ноты, сколько бурлит и меняется во времени. Под ней минималистичная прямая бочка, чаще всего с TR-808. Никакой мелодии, никакого вокала, гипнотическое нарастание вместо структуры.

Знаковые записи.

Что было дальше — и это уже не про Чикаго. В конце 1987 года четверо британских диджеев — Пол Окенфолд, Дэнни Рэмплинг, Ники Холлоуэй и Ник Уокер — съездили на Ибицу, услышали эклектичные сеты Альфредо и впервые попробовали экстази, тогда в Британии почти неизвестный. Вернувшись, они открыли собственные клубные вечера. За лето 1988 года эйсид-хаус разошёлся по стране, породив «второе лето любви» 1988–1989 годов, нелегальные рейвы на складах и в полях, панику в таблоидах и в итоге отдельный закон против собраний с повторяющимся битом.

Про манчестерскую сторону этой истории — в карточке мэдчестера в четвёртой части рок-цикла: там та же «Хасиенда», те же годы, но с гитарами.

Кто сейчас. 303 никуда не делся: Ричи Хотин со своим Plastikman строил на нём целую карьеру, а эйсид регулярно возвращается волнами. Сейчас — Tin Man, Luke Vibert, Paranoid London.

Хаус + соул + джазовые гармонии → дип-хаус → весь «взрослый» танцпол

Когда и где. Чикаго, 1985–1986. Родоначальником считают Ларри Хёрда, работавшего под именем Mr. Fingers.

Как звучит. Тот же темп и та же бочка, но всё остальное мягче. Сложные аккорды с джазовыми надстройками вместо простых квинт. Электропиано и струнные пэды. Вокал, если есть, соульный и не выкрикивается. Бас круглый и мелодический. Общее ощущение — не танцпол на разрыв, а что-то ближе к трансу в исходном смысле слова.

Знаковые записи.

Пик. Дважды: конец восьмидесятых и середина девяностых через нью-йоркскую и европейскую сцены. Плюс отдельная и мучительная для старой гвардии история: в двухтысячные годы название «дип-хаус» приклеили к коммерческой танцевальной поп-музыке, не имеющей к Ларри Хёрду никакого отношения. Ярлык увели, как это уже бывало со словом «эмо».

Кто сейчас. Сам Хёрд работает. Плюс Kerri Chandler, Moodymann, Theo Parrish, Floating Points на границе с джазом.

Диско + госпел + нью-йоркская клубная традиция → гэридж → UK-гэридж, современный вокальный хаус

Когда и где. Нью-Йорк, 1977–1987. Клуб Paradise Garage на Кинг-стрит и его резидент Ларри Леван — фигура, равновеликая Наклзу, с которым они дружили с подросткового возраста.

Как звучит. Ближе к диско и соулу, чем чикагская школа. Живые инструменты в аранжировке. Полноценный вокал, часто с госпельной подачей и настоящей песенной структурой. Темп чуть ниже. Эмоциональная открытость вместо чикагской механистичности.

Знаковые записи.

Осторожно с термином. Нью-йоркский гэридж и британский UK garage девяностых — совершенно разные вещи, и путают их постоянно. Второй разберём в части 5, он вообще не про прямую бочку.

Пик. 1980–1987, до закрытия клуба. Леван умер в 1992 году в тридцать восемь лет.

Кто сейчас. Линия жива через Masters at Work, Louie Vega, Honey Dijon, Дэнни Кривита.

Хаус + хип-хоп + европейский поп → хип-хаус → танцевальный мейнстрим девяностых

Когда и где. Чикаго и Нью-Йорк, 1988, — а вот массовым явление стало в Европе начала девяностых.

Как звучит. Прямая бочка с читкой поверх. В евродэнсовой версии к этому добавляется формула, определившая всё десятилетие: женский вокал в припеве, мужской рэп в куплете, крупный синтезаторный хук, темп 130–140.

Знаковые записи.

И тут снова два корня. Читка в хип-хаусе пришла из хип-хопа, бочка — из Чикаго, и жанр целиком стоит на стыке. В отличие от грайма и трэпа, о которых речь в пятой части, здесь ведущей оказалась именно танцевальная половина: хип-хаус делали хаус-продюсеры, приглашавшие эмси, а не наоборот.

Пик. 1990–1996. Жанр остаётся самым презираемым в этой части и одновременно тем, через который почти все европейцы старше тридцати впервые услышали электронную музыку вообще.

Кто сейчас. Как жанр закончился, но формула вернулась через ностальгическую волну и слышна у части современного евро-попа.

Хаус + эмбиент + структура нарастания → прогрессив → современный большой танцпол

Когда и где. Британия, 1990–1992. Название придумал журнал «Mixmag» для музыки, которая ушла от чикагской грубости к плавности и длине.

Как звучит. Долгие нарастания вместо резких входов. Слои добавляются постепенно, композиция строится на десять-двенадцать минут. Фильтры и пэды на первом плане. Ударение на путешествие, а не на удар.

Знаковые записи.

Пик. 1993–2000, затем второе пришествие в конце нулевых, когда термин прилепили к стадионному EDM, и он снова сменил значение.

Кто сейчас. Sasha и John Digweed работают, плюс Lane 8, Yotto, Ben Böhmer.

Хаус + диско-семплы + фильтр → французский хаус → современный поп-мейнстрим

Когда и где. Париж, 1993–1997. Лейблы Roulé и Crydamoure, ученики чикагской школы, добравшиеся до неё через пластиночные магазины.

Как звучит. Фирменный приём — фильтрованный семпл: берётся кусок старой диско-записи, зацикливается и обрабатывается фильтром, который то открывается, то закрывается, создавая волну. Компрессия жёсткая, звук нарочито «толстый». Мелодии яркие, настроение солнечное.

Знаковые записи.

Пик. 1997–2002. Отдельная линия — то, что случилось потом: «Discovery» (2001) Daft Punk оказался мостом между танцполом и поп-музыкой, а после «Random Access Memories» (2013) и работы с Канье Уэстом французская школа перестала быть жанром и растворилась в мейнстриме.

Кто сейчас. Daft Punk распались в 2021-м. Работают Justice, Breakbot, Kavinsky, плюс вся волна ностальгического диско-хауса.

Хаус + минимализм + цифровая обработка → микрохаус → современный клубный андеграунд

Когда и где. Германия, 1997–2001. Кёльн, лейблы Kompakt и Perlon, плюс берлинская сцена.

Как звучит. Всё лишнее убрано. Вместо мелодий — щелчки, шорохи, микроскопические фрагменты звука, часто цифровые артефакты. Бочка на месте, но вокруг неё почти пустота. Изменения происходят так медленно, что заметны только на дистанции в несколько минут. Это самая прямая наследница минимализма Райха из нулевой части.

Знаковые записи.

Пик. 2002–2008.

Кто сейчас. Villalobos, Zip, Sonja Moonear, лейбл Perlon.

Чикагский хаус + скорость + танец → джук → современная экспериментальная электроника

Когда и где. Чикаго, южные районы, 1992 и далее. Лейбл Dance Mania. Одна из немногих сцен, где музыка и танец развивались буквально одновременно и определяли друг друга.

Как звучит. Гетто-хаус — быстрый и грубый, минимум элементов, откровенные речовки. Джук — ускорение до 160 ударов. Футворк — то же, но с ритмикой, разобранной на триоли и сбивки, под которую танцуют ногами с невозможной скоростью; собственно, музыка здесь обслуживает танцевальные баттлы.

Знаковые записи.

Пик. 2010–2015, когда британский лейбл Hyperdub вывел футворк на мировую сцену. DJ Rashad умер в 2014 году в тридцать четыре года.

Кто сейчас. Teklife как коллектив, Jlin, DJ Manny, DJ Taye.

Хаус + местная традиция + Йоханнесбург → квайто → афро-хаус → гком → амапиано

Когда и где. ЮАР, с конца восьмидесятых до сегодняшнего дня. Одна из немногих ветвей в этой части, которая не заимствовала чикагскую формулу, а перестроила её под себя целиком.

Квайто. Соуэто, Йоханнесбург, рубеж восьмидесятых и девяностых. Первое поколение, взявшее хаус и замедлившее его: темп ниже привычного, цепкие мелодические и перкуссионные петли, глубокий бас и вокал на местных языках. Плюс марабе, кв'ела и мбаканга — то есть южноафриканская традиция, а не только импорт. Квайто стал звуком первого постапартеидного десятилетия.

Афро-хаус. Девяностые и особенно нулевые. Соединение квайто с международным хаусом: соульные вокалы, африканская перкуссия, аккуратный продакшн. Главная фигура — Black Coffee, ставший первым южноафриканским диджеем мирового уровня.

Гком. Дурбан, начало десятых. Полная противоположность: тёмный, минималистичный, с тяжёлыми киками и синкопированными томами. И, что важно для этой части, он уходит от прямой бочки — вместо неё ломаные структуры, сбивки не по сетке и внезапные провалы, темп 120–130. Есть подвид сгубу, где кик как раз ровный, и его отдельно выделяют именно по этому признаку. Пик — около 2018 года; Бейонсе позвала на «My Power» сразу Busiswa, Moonchild Sanelly и DJ Lag.

Амапиано. Гаутенг, середина десятых. Название на исизулу означает просто «пианино».

Единого основателя у жанра нет, и споры об этом идут до сих пор — он сложился одновременно в нескольких тауншипах: Претория, Соуэто, Александра, Катлехонг, Вослорус. Молодые продюсеры работали на пиратском софте, взяли квайтовские басовые линии девяностых и маршевую перкуссию местного стиля бакарди, добавили джаз, лаунж и дип-хаус — и всё это замедлили.

Как звучит. Темп 110–120, медленнее гкома и быстрее квайто. Фортепианные партии, откуда и название. Разреженная структура, много воздуха, медленное тление вместо нарастания.

Про ритм стоит сказать отдельно, потому что формула «прямая бочка» тут верна буквально и обманчива по сути. Кик действительно стоит на каждой доле, но он намеренно мягкий и неброский — а весь характер создаётся тем, что сверху. Лог-драм идёт синкопированно, в ритмическом кармане между киком и басом. Шейкеры со свингом на шестнадцатых. Конги играют клаве, римшоты смещены. Существуют и распространённые варианты, где синкопирован сам кик. Из большинства хаусовых поджанров амапиано выделяется именно ритмической сложностью, а не темпом.

Лог-драм — электронная версия западноафриканского щелевого барабана, широкая перкуссионная басовая линия, которую популяризовал продюсер MDU aka TRP. Именно она делает жанр узнаваемым с двух секунд.

Знаковые записи.

Как расходился. Показательно, что не через лейблы и радио: сцена росла на обмене файлами в WhatsApp внутри районных сообществ. К началу 2019 года амапиано занял южноафриканское радио и клубы, а во время пандемии вышел на мировой уровень. Нигерийские афробитс-звёзды — Burna Boy, WizKid, Ckay — записывались на амапиано-битах, а в Лондоне коллектив Piano People довёл жанр до карнавала в Ноттинг-Хилле и Boiler Room.

Кто сейчас. Kabza De Small, DJ Maphorisa, Major League DJz, Uncle Waffles, Tyla на границе с попом. Плюс десяток ответвлений, включая афропиано и бонгопиано в других африканских странах.

И совсем свежее: в двадцатые из амапиано вырос стиль 3-step, где в такте намеренно ставят три удара вместо четырёх. Скрещён он с британским броукен-битом из пятой части — то есть южноафриканская линия и лондонская сомкнулись спустя тридцать лет после того, как разошлись от общего хаусового корня.

Родоначальником считают Тхакзина с ранними вещами вроде «The Magnificent Dance», за которым подтянулись состоявшиеся афро-хаус-артисты — Heavy-K, Black Motion, Atmos Blaq. Главный хит на сегодня — «Isaka (6am)» дуэта CIZA и Thukuthela при участии JAZZWRLD, выстреливший в 2025 году и сделавший обоих известными. Ещё нагляднее продолжение: версия «Isaka II (6am)» записана уже с нигерийцами Tems и Omah Lay, то есть ритмический эксперимент из тауншипов за год добрался до главных имён афробитса. За пределами ЮАР жанр раньше всего зацепился в Лондоне через лейбл Sondela Recordings и в Лагосе, где хорошо лёг на местные жанры.

Хаус + электро + большие фестивали → электро-хаус → EDM

Когда и где. Европа и США, 2005–2010. Нидерланды как отдельный центр.

Как звучит. Жёсткий пилообразный синтезатор вместо мягких пэдов. Сайдчейн-компрессия, из-за которой всё «дышит» в такт бочке. Структура строится вокруг дропа — момента, когда после нарастания вступает главный ход. Датская, точнее нидерландская ветвь добавила скрипучий пронзительный лид и почти полное отсутствие баса в нижней области.

Знаковые записи.

Пик. 2008–2013. Дальше жанр растворился в EDM — явлении, которое разберём в эпилоге, потому что это уже не столько жанр, сколько индустрия фестивалей.

Кто сейчас. Deadmau5, Fisher, John Summit, вся мейнстримная фестивальная сцена.

Хаус + скорость + жёсткость → хард-хаус → хардстайл (см. часть 4)

Компактно про то, что не заслуживает полной карточки, но без чего дерево неполно.

Хай-NRG — предок, а не потомок: быстрое диско с механическим битом, конец семидесятых, Патрик Каули и Донна Саммер. Отсюда же вышел итало-диско.

Хард-хаус и хард-NRG — британская сцена конца девяностых, темп 150 и выше, тяжёлые бочки, характерный «отскок» баса. Клубы Trade и Fire в Лондоне.

Фиджет-хаус и комплектро — конец нулевых, короткие рубленые семплы и басовые «вобблы», Switch и Crookers.

Мунбатон — 2009 год, случайное изобретение Дэйва Наду: он замедлил хаус-трек до темпа реггетона, и получился отдельный жанр. Гибрид, из которого потом выросла заметная часть латиноамериканской танцевальной поп-музыки.

Хаус вышел из диско, а диско вышло из соула — то есть у всей этой части общий корень с чёрной американской танцевальной традицией, и в Чикаго её просто пересобрали на машинах.

В четырёхстах километрах восточнее, в Детройте, в те же годы трое старшеклассников делали примерно то же самое, но отталкивались от совсем другого: не от диско, а от Kraftwerk. Они не ходили на танцполы Чикаго и слушали европейское радио. Результат оказался холоднее, механистичнее и, как выяснилось лет через десять, влиятельнее.

Часть 2 — «Техно»: Бельвиль, три школьных друга, Kraftwerk через радиоприёмник и музыка, придуманная про будущее, которого не случилось.

#music #djdrugfm #омузыке #electronic #house #chicagohouse #acidhouse #deephouse #garagehouse #hiphouse #progressivehouse #frenchhouse #microhouse #juke #footwork #electrohouse #history

Больше информации о новой и старой музыке можно найти в блоге «О музыке».