The Last of Us: казуалы опять ничего не поняли [ЛОНГ]

Утро в хату, часик в радость ! И так граждане солнышки этот раз я хотел бы поделиться своим недоумением, ведь как-то так вышло, что при огромном количестве поклонников таланта Дракманна и конкретно дилогии The Last of Us, практически никто не понял, что нам хотел сказать автор, и какими мыслями хотел поделиться.

Повествование будет длинным и, как во второй игре, будет скакать по хронологии игровых событий, дабы как можно более подробно раскрыть затрагиваемые темы. Налейте чаю, соку, воды, только ничего крепкого , ибо крепкими будут только аргументы подтверждающие верность моих выводов. И мы поехали.

Перед тем как приступим к основной части, давайте с вами договоримся о двух вещах. Для начала мы не будем спорить о качестве самих игр, а то ишь тут развилось мамкиных циников. Ведь очевидно, что The Last Of Us — эталонный шедевр. Как геймплейно, чего только стоит боевая система, левел дизайн, и крафт. Так и как произведение искусства, ибо визуальная, аудиовизуальная и сюжетная составляющая никого не оставят равнодушным!

В индустрии никто даже близко не смог выдать уровень первой части (Part I), а с её выхода прошло более чем 10 лет; только Expedition 33 почти смогла приблизиться к такому же уровню… Но этого мало, а с учётом того чего Naughty Dog смогла создать во второй части (Part II) ух… боюсь, что еще лет 300 никто не сможет воплотить в играх что-то подобное.

Вторая важная вещь — в тексте полно спойлеров. Если кто-то все таки не проходил эти игры, пройдите этот шедевр. Я не знаю там, возьмите консоль погонять, что вы как нищуки, займите денег у друзей или родителей, я хз. Главное перед прочтением обязательно пройдите и первую и вторую часть, пожалуйста, в ее лучших версиях, доступных только на PS5 Pro.

Вы обязаны играть в 4к с максимальными настройками графики, работа художников заслуживает того чтобы ее увидел каждый человек, который считает себя хоть немного геймером, во всем ее великолепии, без каких либо компромиссов. TLoU сами по себе оправдывают существование dualsense, даже если бы это была единственные нормальная дилогия игр, в которые можно с него играть. В любом случае, о спойлерах я предупредил.

Да, мой вывод может показаться бредовым. Ведь весь шум вокруг игры шёл лишь о том, что лежало на поверхности: один лагерь кричал «месть оправдана», другой что «насилие бессмысленно», и оба сопереживали Элли. Но именно в этом и проблема: обе стороны прочитали историю слишком плоско, но игра не для таких узкомыслящих ребят как вы, понимаете?

Для начала, если верить статистике достижений Steam, то The Last of Us Part I прошла всего половина игроков; к сожалению, достижений за уровень сложности «реализм» в первой части не было, так что сколько людей по настоящему смогли осилить игру — мы никогда не узнаем. А вот Part II прошло уже 54% игроков, и лишь 4,5% на реализме, что очень мало; становится понятно что 95% игроков — казуалы. На Playstation, соотношение похожее, 78% игроков прошло игру, и только 6,5% прошло вторую часть на «реализме»; согласно статистике получается, что настоящие игровые гигачады играют only on playstation.

Вы в попытке оправдаться спросите меня: «Ну и чего ты пристал к этой статистике и уровням сложности?». Понимаю вас, вам хочется сказать, что вы не жалкие казуалы. Сейчас у вас якобы слишком много «отвлекающих факторов». Другие игры, кинчики, сериальчики и т.п. Однако сколько бы такие как вы не ныли, факт в том, что игры — не являются чем-то труднодоступным. И ежу понятно то, что без челленджа человек, так или иначе, отвлекается на другие источники информации: домашних животных, жену или мужа, еду в процессе игры, обсуждение своих ноготочков с подругами. Не дай Бог ещё и кальян к геймпаду присобачат, как делают это, рано или поздно, все обладатели консолей (или адепты игры в шутеры на геймпаде)..

Поймите уже, что лишь трудности в процессе игры способны сосредоточить большинство из нас на том, что происходит на экране, и, что более важно, на звуковом сопровождении игры. Только при полном погружении мы начинаем замечать те, казалось бы, незначительные мелочи, которые раскрывают смысл произведений, созданных, по настоящему, великими людьми! Спорить о том, что Дракманн — гений, мы не будем, это и так очевидно всем, кто хотя бы в одну его игру играл.

Я это ощутил на себе. Проживая жизненный путь лучших людей: рассказывая малознакомым или неизвестным мне людям, что у меня есть тульпа, а также я фотографирую кота и называю его сыном, и, что самое главное, перепрохожу «The Last of Us I & II» в очередной раз. В этот раз решил что не надо разносить всем кабины с клавиатуры и мышки, в 120 кадров в секунду, а насладиться игрой с геймпада на «реалистичной» сложности, то есть на настоящей, задуманной автором, сложности; хочу вкусить тот самый игровой опыт, который должен был мне порвать жепу. Благодаря настоящей (не каузальной как у 95% игроков) сложности — я увидел и услышал то, чего в прошлых прохождениях даже не замечал! Теперь мне всё стало ясно и я попробую донести это до вас!

Примечание для душнил: формально всё, что имеет признаки государства, но таковым не является по каким-то причинам (например, в мире царит апокалипсис и анархия), считается «квази-государством» или «военной (вооруженной) администрацией»; в тексте я это всё буду обобщать и называть «государством» — живите с этим. Большей части людей эта информация не нужна, просто есть люди, которым это важно. Короче, погнали дальше.

Отсутствие интерфейса позволило внимательно осмотреться, что натолкнуло на мысль: в грибном пост-апокалипсисе всё в целом так же, как и у нас, только уровень жизни местами хуже. Есть государства, а есть подпольные организации и религиозные культы с сомнительными идеями.

Первым государством, с которым мы сталкиваемся, является ФЕДРА. Хоть их методы и сомнительны, и они сами не то чтобы что-то реально делают, но, в целом, они соответствуют некоторым признакам государства. Тут есть монополия на насилие, контроль над территориями, трудовые повинности для населения, школы, пусть и не самая лучшая армия, но всё же она есть, и, самое главное, законы! Да и лидеры (командование) себя не скрывают.

Против «ФЕДРА» как раз выступает радикальная фанатичная организация, называющая себя «Светлячки». Они разрознены, скрываются и порой используют поддельные документы, чтобы находиться на территориях, подконтрольных ФЕДРА. Как и все такие сообщества, они романтизируют себя для вербовки новых членов, представляясь чуть ли не единственными, кто «способен спасти человечество», и вообще ведут себя как борцы за правое дело. Правое это дело или нет — решать вам, но одним словом они: «фанатичные мамкины борцуны». Вот задумайтесь: зачем им было вербовать Райли? Да потому что ребенку мозги промыть своим бредом проще, чем сделать то же самое со взрослым человеком. Вспомните того же «Дивергента», где тематика «Дети против государства», — и сразу всё встанет на свои места.

Задумайтесь: почему в прологе за Эбби отец Эбигейл, не сомневаясь, готов убить ребенка? А потому что он верит в избранность и высокую цель. Почему они почти сразу же распадаются после убийства Джоэлом пары членов верхушки? Жалкие признаки жизни начинают подавать только к концу второй части, после того как сигнал подал какой-то важный новый главный «Светлячок»? А потому что это не особо организованная банда, без правил, структуры и законов, которая подчиняется только силе и харизме своего лидера. Ах да, еще и в начале игры одна мадам из верхушки «Светлячков», конкретно Марлин, ворует у Джоэла и Тесс оружие, но обещает вернуть в обмен на услугу. Шантаж характерный для таких организаций.

Во второй части первым показанным игроку государством является Джексон. Люди организовались, восстановили дома и энергоснабжение, контролируют поголовье зараженных на своих территориях, что-то производят, и даже помогают другим людям оказавшимся на их территории, в том числе Эбби, попавшей в западню зараженных.. На момент начала Part II на территории Джексона и в его окрестностях царит практически идиллия.

За время, прошедшее между Part I и II, на территории города Сиэтл власть окончательно сменилась с «ФЕДРА» на «ВЛФ». «Волки» поначалу кажутся такой же организацией, как «Светлячки», но такое впечатление создается только при поверхностном знакомстве и только потому что они приютили у себя бывших «Светлячков». И по первой игрока знакомят не с самими «Волками», а просто с беспредельщиками, которые присосались к «ВЛФ». Когда игрока знакомят с «ВЛФ» в геймплейно секции за Эбби, даже самому пробитому становится понятно, что это не преступники, не культисты, а организованная группа людей, пытающаяся организовать комфортную и безопасную жизнь на своих территориях. Сами же «Волки», настоящие а не те, которых мы видим в начале игры на территории Джексона, находятся в состоянии войны с Серафитами». Буквально первое что видит игрок покинув стадион подконтрольный «ВЛФ», это дословное цитирование фильмов про военные конфликты современности, когда простая переброска солдат между военными базами заканчивается прорывом через кучу фанатиков, вооруженных чем попало и вылезших только этим фанатиками известно откуда.

Но даже так «ВЛФ» обеспечивают контроль своих территорий, хоть и уже не могут обеспечить их безопасность; растят и учат детей, выращивают пищу и имеют какие никакие законы. Революция была кровавой, но по итогу получилось вполне себе пристойное общество, способное жить и не мешать другим. В игре даже упоминается что между «ВЛФ» и «Серафитами» было долгое перемирие, пока последние не перешли к старым добрым провокациям. Псы были вынуждены ответить на это и открыли огонь. Лидером же «Волков» является человек по имени Айзек, он же Исаак, он же Изя. Запомните имя, это важно.

Последние по списку, но не по значению для сюжета, имеют очень много общего с радикально-деструктивным культом в современном мире, и это не случайно. У них когда-то была некая «Пророчица», которая решила, как надо правильно жить: вернуться к природе и воспринимать «кордицепс» как божественную кару за грехи человечества. На момент начала второй части игры она уже два года мертва после казни, что формально сделало её мученицей в глазах культистов. Если в её наставлениях и был здравый смысл, то после всех событий с ней его забыли и извратили. «Серафиты» всячески мешают жить и провоцируют молодое государство, образованное рядом с ними.

«Серафиты» даже не гнушаются тем, чтобы вербовать детей. Записки из океанариума подтверждают этот факт. За Эбби находим скелет мужчины, дети которого ушли к «Серафитам», потому что им не нравилось, как живёт их папка. Их зовут «Шрамами», потому что они все, ну логично, носят шрамы — ибо воистину, ибо так надо, ибо так правильно. Они ведут религиозную пропаганду на территориях, подконтрольных «ВЛФ», и не только. По их мнению человека от наказания может спасти только его набожность, а 12-летнего пацана они могут отдать замуж, ибо так по древним скрижалям правильно. То есть это у нас радикалы в худшем их проявлении. Если у «Светлячков» ещё была какая-то «идея», на которую можно было купиться, то тут просто сброд «искренне верующих» и обративших к радикальной вере сирых и убогих. Они нетерпимы и агрессивных ко всем, а иногда даже и к своим, если свои «веруют» как-то неправильно и живут не по пророчеству.

В итоге поведение «Шрамов» доводит Айзека до окончательного решения «Серафитного вопроса». В целом, как он считает, это единственно верное решение в борьбе с культистами: полное уничтожение их всех и зачистка острова, откуда они разносят свое «учение». Но в конечном счёте у Айзека простая судьба: он умирает от смертельной раны оставленной культисткой. А Эбби же отрекается от «ВЛФ» перед самым началом активной борьбы с фанатиками. Но почему она на это пошла, распишу позже.

Итого на начало второй части у нас есть: распавшаяся группировка радикальных фанатиков и её выходцы, государство вдали от войны и государство, находящееся в состоянии войны с радикальными культистами. «ФЕДРА» же остаётся в истории и упоминается как государственное образование прошлого, наследник США, которое пыталось бороться с заражёнными и сохранить население, но из-за провального управления, бюрократии, нехватки ресурсов и неспособности противостоять радикально настроенным группировкам провалилось по всем фронтам.

Для анализа произведения и правильной интерпретации заложенных автором смыслов нельзя игнорировать личность автора. Что мы знаем о Дракманне? Нил родился в 1978 году в Тель-Авиве, это Израиль, если что, если кто не знал, ну так вдруг, мало ли чё. В США он переехал вместе с родителями в 1989 году, в возрасте 11 лет. То есть его детство прошло на Ближнем Востоке в один из самых неспокойных периодов. И если не сам Дракманн, то его родители ощутили сполна, что такое жить рядом с радикалами и их «“идеями”». И глупо будет отрицать влияние этих факторов на Нила.

Более того, сам Дракманн подчеркивает свои израильские корни: как через синагогу на территории Сиэтла в игре, так и через второстепенного персонажа — Дину. Именно в этой синагоге Дина говорит Элли, что она из того народа, который тысячелетиями пытались уничтожить, но ни у кого это не получится. Тем самым она демонстрирует свою волю к жизни и нетерпимость к тем, кто хочет отнять эту жизнь у неё и её народа. Казалось бы, я сейчас всё это приплёл, но нет: это единственное здание, обязательное к посещению на этом этапе игры.

То есть автор явно хотел, чтобы игрок это увидел и услышал. Кроме того, в синагоге нет противников и не ведутся боевые действия, хотя в The Last of Us обычно после получения квестового предмета начинается боевая секция, часто в том же месте, где предмет был получен. Сцена с обороной от зараженных или мародеров в церкви лишь добавила бы приятного, с точки зрения геймплея, напряжения. Но синагога — святое место, и даже в игре в ней нельзя совершать насилие. Это решение лишь убеждает нас: Нил не забыл свои корни и относится к ним со всем почтением.

То, что слова Дины — это прямая речь самого Дракмана, подтверждает эпизод на ферме. Кстати, лучшая серия сериала тоже происходит на ферме. Совпадение? Не думаю! Дина счастлива тем, что может просто жить со своим ребенком и любимым человеком, и ей нет дела до проблем всего мира. А Нил не раз говорил в интервью, что старается всё меньше уходить в работу и ограничивать свой список проектов, чтобы проводить больше времени с семьёй. Поэтому делаю вывод, что в эпизоде на ферме он воплотил свои мечты о том, как быть счастливым, а Дина — это аватар Нила.

А еще ранее я просил запомнить имя лидера «ВЛФ». Если вы сейчас погуглите, откуда корнями идет это имя, обнаружите еще одно совпадение: в сюжете игры избавиться от радикалов на своей территории собирался земляк Дракманна. Совпадение на совпадении ? Нет конечно !

Самого же Нила Дракманна в наше время никто не подверг остракизму. А сейчас это модно делать даже за грамм сочувствия к радикалам. Обдумав всё это, а также другие, менее заметные, но не менее значительные моменты, подводим итог: Нил — не тот человек, который одобрит прощение всех этих нелюдей..

Автор любит и уважает динозавров. В The Last of Us Part II есть эпизод в музее, где виды динозавров названы очень достоверно. Через ошибки Джоэла Нил подтрунивает над массовой культурой, которая годами эксплуатирует образы этих животных, но игнорирует их суть. Такого ответственного отношения к динозавроведению не было даже в «Парке Юрского периода». Человек, который просто бессмысленно растягивал бы время, не стал бы так упарываться в этом вопросе. Отсюда и вывод про любовь к динозаврам.

Первая игра практически сразу встречает нас фразой «Ты динозавр, и ты не вымер (ещё)», адресованной Джоэлу его дочерью. На первый взгляд это шутка вроде «ха-ха, динозавры, ваше время прошло», но это ложное впечатление. На той же открытке следует послание самому лучшему в мире отцу, который и есть тот самый динозавр, в день рождения этого самого отца.

Эта мысль повторяется во второй раз в ранее упомянутом музее во второй игре. Элли, играя с телефонной трубкой, изображает, что отвечает на звонок, и говорит: «Все динозавры заняты, но один освободился. Джоэл, это тебя!». То есть Джоэла явно называют динозавром, а динозавров Дракманн любит. Чтобы подкрепить эту мысль, нам показывают ту радость, которую эти динозавры дарят тем, кто им дорог, даже в условиях конца света. С помощью своих знаний и небольшого подарка Джоэл делает Элли, пусть и на несколько минут, самым счастливым подростком на Земле.

И образ динозавров выбран не случайно. Динозавры крутые, но в то же время так называют людей, которые держатся за некие старые устои и порядки. В наше время таковыми являются люди, не чуждые необходимой жестокости, не отличающиеся излишней терпимостью, способные решить любую проблему в лоб, не беспокоясь ни о чьих чувствах, кроме своих и чувств дорогих им людей. И Джоэл именно такой: он уже в прологе без зазрения совести убивает зараженных соседей, игнорирует семью с ребенком у дороги, агитирует брата переехать паникующую толпу, дабы спастись самому и спасти дочь, не моргнув глазом.

И его брат Томми такой же: наплевав на все правила и законы, он стреляет военному в голову, чтобы спасти брата и племянницу. Жалеют ли они о содеянном? Возможно, да, но такие ситуации требуют принятия сложных решений. Джоэл и Томми способны жить с последствиями этих решений, дабы сделать мир лучше, но из-за эгоизма — для себя. А дальше обе игры через Джоэла и его настоящих друзей (важно, что именно их, а не спутников поневоле) показывают превосходство образа жизни динозавра над образом жизни тех представителей вида, которые приходят им на смену.

Несмотря на смерть дочери, конец света и далекий уже от расцвета сил возраст, Джоэл жив. В новом мире он становится уважаемым контрабандистом, обладает навыками, необходимыми для выживания в экстремальных условиях, и все так же готов принимать тяжелые решения и жить с ними. Если что, тут у людей импотенция начинается от того, что игры плохие, а от того, что мать им купила на завтрак персиковый йогурт вместо вишневого, вообще или хроническая депрессия, или три дня поноса и смерть в нищете.

Откатимся к первой части сюжета: чтобы вернуть свой товар, он соглашается, вопреки всем правилам «ФЕДРА», вывести ребенка за пределы карантинной зоны. А когда получателей груза не оказывается на месте, тащится через половину страны. И не наобум, и не от отчаяния, а быстро ориентируясь в ситуации, поднимая на уши своих должников, не ломаясь от угроз жизни, потери друзей, раз за разом нарушающихся планов и даже ранений, мало совместимых с жизнью. У него просто слишком много силы ума и духа, чтобы трястись из-за чего угодно. Ему некогда, он занят. Он просто берет и делает, потому что считает это правильным. А не как вы нытики, которым даже с дивана встать лень, за то поспорить на тему того какой сюжет говно всегда горазды.

Чтобы раздобыть машину, Джоэл забирает долг с Билла, не заботясь о его паранойе, расстроенных чувствах, нарушенной уединенной жизни старого тузопекаря и старых обидах. В Питтсбурге он точно так же не ведется на подставу местных мародеров в виде несчастного умирающего человека, а затем выкашивает всех, кто мешает ему выбраться из города. И даже учит четырнадцатилетнюю девочку убивать, потому что сейчас это необходимо для их выживания.

Встретившись с братом Томми в Джексоне и узнав от него о «Светлячках» в университете Колорадо, он отправляется туда с Элли один. Несмотря на все конфликты с братом, он не собирается его подставлять, тем более когда тот наконец обрел себя в этом мире. После неудачного поиска «Светлячков» в университете, и едва оправившись от тяжелого ранения, но видя, что Элли грозит опасность, он сжимает свои чугунные яйца в кулак и, выйдя в метель, идет косить местную тусовку каннибалов, ведь единственная альтернатива — лечь и умереть.

А в конце первой части, столкнувшись лицом к лицу с культом и их желанием убить ребенка ради эфемерного шанса изобрести вакцину от кордицепса, Джоэл кладет огромный нефритовый стержень, на договоренность с Марлин и «Светляками». И отправляет всех, кто встает на его пути к спасению ребенка, в тот мир, где лекарство от кордицепса им не понадобится. Зачем он это делает? Потому что он сталкивается с ними лицом к лицу абсолютно не разделяя их идеалы, потому что культисты — зло, а крутые динозавры убивают всех людей, у кого такие сомнительные идеалы, одержимость бредовыми идеями и, наконец, маленькие яйца.

Во второй части, из воспоминаний Элли о Джоэле, мы узнаем, что он не жалеет и не раскаивается о содеянном. Он прямо говорит ей, что будь у него такая возможность, тысячу раз из тысячи он убил бы всех «Светляков» в попытке спасти её.

А обретя наконец-то дом в Джексоне, Джоэл становится солдатом новоиспеченного государства, он охраняет его от зараженных, готовит молодых ребят защищать свой дом, поддерживает порядок, и делает это со всей ответственностью. Что в итоге и сыграет с ним злую шутку, когда они с братом спасут Эбби. Но это не тупость сценариста, или тупость персонажей. На тот момент они будут на территории своей страны и будут защищать, как они тогда думали, простых людей, попавших в беду на их территории.

А чтобы подчеркнуть величие таких как Джоэл, последним воспоминанием о герое, в конце Part II, Дракман нам покажет мужчину абсолютно спокойным, умиротворенным и с гитарой, а не его жуткую смерть от рук преступников. Тем самым Нил говорит нам «Не важно как ты умер, важно что ты жил так, что тебе не было стыдно».

Через историю Джоэла — от начала эпидемии до его кончины — Дракманн выражает уважение таким личностям, как он: тем, кто, если нужно убить, убьёт, если надо сжечь, сожжёт всё дотла и ни о чём не будет жалеть. Но динозавры «вымирают», а вид, к которому они принадлежат, вырождается в семейство пернатых, вплоть до петухов и кур как самых нежизнеспособных его представителей. (Комментарий редактора: таких людей мы едим.)

Чтобы подчеркнуть «вырождение» вида от могучих исполинов до нежизнеспособных домашних птиц, годных только на суп и наггетсы, Нил ввел в повествование несколько эпизодических персонажей — тех самых «куриц». Их, как и все остальное в игре, автор взял из нашего мира, и благодаря своей гениальности не стал ничего гипертрофировать и утрировать. Преувеличивать не пришлось, ибо такие, к сожалению, существуют не только на экранах мониторов (привет ДТФ) и телевизоров.

Именно существуют, а не живут. Первым примером такого существования является Билл. Это поехавший, параноидальный тип, который, казалось бы, похож на тех самых динозавров, но нет. Скажем так: он предаётся утехам, противоестественным для человека, и ради них отвергает общество всех остальных, так как в критических для выживания условиях он, мягко говоря, бесполезен. Концовка Билла остаётся открытой: с одной стороны, на момент последней встречи он жив, а с другой он абсолютно одинок, ведь его «игрушка» сломалась и повесилась, пытаясь сбежать от него.

А что произойдёт с человеком как только у него кончится (психологическая) фляга в полном одиночестве, в пустом городе, где его регулярно осаждают заражённые? Я думаю, что тут и так всё понятно. Кукуха едет даже в полностью комфортных условиях (привет ДТФ х2), если не с кем поговорить; тут он явно или скоро выпилится, или деградирует до животного. Потешно что если у Билла кончится фляга, то Генри сам себе папаху прострелит. Забавный факт: папаха символ мужества, а когда она прострелена, то уже символ тяжёлых испытаний и невзгод, а что если он сам себе в неё выстрелит? Думаем.

Курицы как вид лишь притворяются, что пытаются выжить: они не могут определиться, что же им делать, и при первых же серьезных потрясениях попытаются себя метафорически убить, при этом виноватыми будут пытаться сделать других. Это нам продемонстрируют Генри и Сэм. Старший брат, Генри, пытается привести младшего в какое-то подобие цивилизации, к «Светлячкам». Да, он, возможно, ошибается, но на момент знакомства с ними у них есть цель выжить и какой-то план, как её упростить. При первом же критическом моменте, а именно при побеге от группы бандитов, Генри кидает Джоэла и Элли и сбегает с Сэмом.

Жестокий поступок, но можно поставить себя на его место и согласиться: если у тебя есть шанс умереть, то вряд ли тебе хочется жертвовать жизнью ради малознакомых людей. Забавно, что проблемы у Генри начнутся в тот момент, когда он откажется от идеи выжить любой ценой и спасёт Джоэла и Элли. Поступок уже благородный — да, но в какой-то степени бессмысленный: Генри на этом теряет время, столь ценное при побеге из Питтсбурга, и, как вишенка на торте, якобы катализатором дальнейших бед для него выступит спасённый им же Джоэл, который даже этого не просил.

Наш динозавр попадет в ловушку, грохот которой привлекает толпы зараженных. И несмотря на то что братья выберутся и, с помощью Джоэла, даже отобьются от мародеров из Питтсбурга, в итоге концовка будет трагичной для обоих. Сэм окажется укушен, а Генри сначала взбунтуется против уничтожения зараженного брата, а потом сам же в порыве ненависти его и завалит… Затем он же, как последняя бестолочь, больше не захочет жить и выстрелит себе в голову… Тут много что можно еще сказать и добавить про них, но вывод один: у них беды с головой. Давайте проследим их суть: они метаются до последнего, от идеи к идее, задумайтесь что именно такие и пытаются спастись у таких людей, как «Светлячки», из-за чего не удивительно, что они пытались сесть в шпагате на оба стула и в итоге жидко обосрались обоссавшись.

Ближе к финалу первой части, пока Джоэл в бессознательном состоянии, Элли столкнется с Дэвидом и его сообществом каннибалов. Несмотря на кажущуюся жестокость и желание выжить, Дэвид предаст свои идеалы и сохранит ей жизнь, хотя она уже убила многих его людей, а Джоэл ранее похоронил немало его подчиненных еще в университете Колорадо. За свою слабохарактерность и пренебрежительное отношение к выживанию своего сообщества Дэвид и вся его группа поплатятся: их уничтожат раненый мужчина и подросток-девочка. Ещё один явный пример курицы в таком суровом мире.

И выходит, что все эти персонажи были слабохарактерны, из-за чего они либо сошли с ума, либо умерли максимально бесполезно: как для себя и своих друзей, так и для человечества как вида в целом. Даже ту же машину Джоэлу в итоге отдал не Билл, а её просто случайно нашли. Чтобы показать, чем этот парад ментальных слабаков отличается от людей, заслуживающих уважения (хотя не все достойные люди живут долго), Нил добавляет в Part I Тесс, а в Part II — уже Джесси.

Тесс пускай и погибнет, но погибнет, в отличие от многих других персонажей, не бессмысленно: будучи уже обречённой из-за заражения, она выберет путь сильных и вступит в бой с солдатами ФЕДРА, тем самым выиграв время для Джоэла и Элли, и, что более важно, не превратившись в безмозглую грибную колонию.

Джесси — солдат и защитник своих людей. Хотя он тоже погибнет, его основной целью всегда было защитить свой народ. В Джексоне он максимально ответственно относится к вопросам патрулирования, в отличие от Элли и Дины. Позже он срывается в Сиэтл, чтобы помочь своим друзьям и наставнику. Даже когда стоит выбор между помощью Томми и убийством Эбби любой ценой, он выбирает первое. Именно поэтому Эбби убивает его, когда он первым бросается на помощь Томми в театре.

Но в то же время не всех динозавров ждет трагичный финал: они «последние из нас», и нам есть на кого равняться. Эту мысль воплощает Томми, брат Джоэла. В начале истории он убивает военного ради брата. Из диалогов игры мы узнаем, что он разочаровывается в «Светлячках» и их методах, а затем обживается в Джексоне, где пытается восстановить человечество менее безумными способами. При этом он опасен. В Сиэтле в одиночку, с одной лишь снайперской винтовкой, он убивает множество «Волков», выходит на след Эбби, ставит на колени и уничтожает целый патруль подготовленных солдат. По итогу, поняв, что «Волки» — это не такие уж злодеи, а Эбби имеет к ним лишь косвенное отношение, он сворачивает военную операцию молодняка, потому что не хочет войны с такими же людьми, как он.

Однако от идеи уничтожить Эбби он, как покажут дальнейшие события, не откажется. Томми не боится смерти и готов пожертвовать собой, лишь бы спасти Элли. Опасность он представляет даже с кучей ранений, и не только своими физическими возможностями, но и умом. Толком не восстановившись от ранений после событий в Сиэтле, он всё равно выходит на след «Светлячков» и дает Элли зацепку, где искать остатки ячейки, из которой вышла Эбби, а следовательно, и саму Эбби. К тому же Томми и его поступки закрепляют в глазах игрока отличие солдат от преступников: солдаты не должны и не хотят сражаться с солдатами; они хотят уничтожать угрозу людям, будь то чудовища или поехавшие на радикальных идеях представители рода людского.

В итоге Нил Дракманн создал не тупой постапокалиптический экшен, а жестокую проверку на вшивость для каждого персонажа. Его мир безжалостно отсеивает тех, кто мечется между принципами и выживанием, кто не может принять однозначное решение и начинает играть в дипломата там, где нужен выстрел в голову. «Курицы» вроде Билла, Генри или Дэвида обречены не потому, что мир жесток, а потому что они сами не определились, кто они и за что готовы умереть. Их трагедия не в том, что они погибли, а в том, что их смерть ничего не изменила, никому не помогла и не оставила следа, грубо говоря ещё одни трупы в мире, где и так тесно от мертвецов.

Но именно на этом фоне особенно ярко сияют те, кого можно назвать настоящими «динозаврами»: Томми, Тесс, Джесси. Они не идеальны, они тоже ошибаются и погибают, но их смерть имеет вес, их действия меняют ход событий, а принципы не гнутся под первым же давлением обстоятельств. Дракманн через этот контраст доносит простую, но важную мысль: в мире, где цивилизация рухнула, выживает не сильнейший в физическом смысле, а тот, кто сохранил стержень, кто способен принимать решения и нести за них ответственность, даже если цена собственная жизнь. И именно такие люди, парадоксально, и остаются «последними из нас» не биологически, а морально, становясь тем самым стандартом человечности, на который стоит равняться даже в самом бесчеловечном из миров.

А если вы до сих пор не въехали, о чём этот текст, то у меня для вас плохие новости: вы не просто не поняли игру, вы не поняли саму суть того, почему The Last of Us считается шедевром. Может стоит перечитать, а не сразу в раздел комментариев бежать со своим «Эбби злодейка, всё отстой»? Хотя кого я останавливаю вам бы только улюлюкать, а дальше заголовка всё равно не прочтете. ДТФ МОМЕНТ. А про школьную программу я вообще промолчу, серьёзно. На литературе хотя бы учат анализировать произведение, где про конфликты и характеры объясняли. Но ладно, идите дальше наггетсы жевать и на Ютубе обзоры смотреть там как раз для вашего уровня понимания всё разжёвано.

Главная роль пропаганды в игре — очеловечивание бандитизма. В начале основной геймплейной секции за Эбби нам показывают её отца, который спасает несчастную зебру, запутавшуюся в колючей проволоке (Зачем?). После чего бедное животное возвращается к своему жеребёнку. Милейшая сцена, после которой этот спаситель животных готов пустить в расход четырнадцатилетнюю девочку, потому что он так чувствует (а вот и ответ зачем), потому что, возможно, он сможет найти лекарство. Других способов достичь этой цели у этого маньяка конечно же нет…

Если вам нужно объяснить, что это такая сатира над способами очеловечивания антагонистов, то объяснять уже что-либо бессмысленно.

Когда мы играем за Эбби, нам несколько раз показывают собак, которых мы убили за Элли. Их дают погладить и поиграть, подчеркивая, что они вовсе не страшные и не чудовища. Если не задумываться, зачем так сделано, то вы не заметите никакого подвоха и проникнетесь симпатией к собачкам, если у вас нет фобии конечно…

Однако, если подумать, это очередная насмешка над людьми, которые любят забывать об угрозах и прощать кого угодно. Представьте ситуацию: вам показывают условного «Тузика», дают потрепать его за ушко, поиграть с мячиком, а потом Тузик срывается с поводка, скалит зубы и летит на вас. Симпатии к Тузику уже никакой не будет, и при наличии оружия многие из читателей упокоят гавкалку. А если и не упокоят, то будут держаться от Тузика подальше.

Ровно так же показывают множество персонажей, знакомых Эбби, которых еще со всем недавно мы убивали за Элли, и не кровожадности ради, а потому что они представляли угрозу.

Апофеозом этой «пропаганды очеловечивания монстров» становится сцена, где Элли убивает Мэл и Оуэна. Внезапно, через последние слова Оуэна, выясняется, что Мэл была беременна. Ну казалось бы, в убийстве беременной чести нет, но она-то сама пыталась убить Элли, а Оуэн, скажем так, не тот человек, который сильно беспокоился о мадам с ребенком, ибо в это время жёстко сношал Эбби (ДТФ момент х3), параллельно обустраивая Океанариум для себя и Мэл. Поступок настоящего мужчины, да и в целом того персонажа, которому стоит сочувствовать конечно же.

А чтобы эта мысль с высмеиванием пропаганды была ясна изначально, Нил, перед всеми историями про собак и зебр вставляет эпизод из воспоминаний Элли, в котором на её примере показывает, что он проворачивает с игроком. Элли, за какое-то время до событий второй части, возвращается в Солт-Лейк, и на заброшенной базе Светлячков находит аудиозапись. В ней нам рисуют классическую картину: Джоэл кровожадный монстр и «плохой контрабандист», а Светлячки это невинные мученики науки, которым он помешал спасти мир. Вот так и делаются преступники в глазах обывателя: достаточно одной эмоциональной речи, чтобы белый стал чёрным, а черный и белом. И тот, кто реально спас тебя, не дал стать жертвой секты и закончить жизнь в канаве ради сомнительной идеи, автоматически записывается в злодеи. Логика? Не нужна — зато пропаганда сработала безотказно.

Нил даже не стал прятать свои приёмы, он буквально разжёвал заложенные смыслы, выложив их на самое видное место. Но даже такая «инструкция для начинающих» не сработала. Кто-то, не моргнув глазом, проглотил дешёвую пропаганду очеловечивания злодеев как откровение. Если вы до сих пор видите здесь гениальную многоходовку или, наоборот, уже готовы лить хейт, не разобравшись в механике сцены, стоит вспомнить, что произведения всё-таки принято анализировать, а не потреблять как фастфуд.

Боюсь представить, что было бы, если бы он использовал более изощренные способы сделать чудовищ людьми, с которыми мы регулярно сталкиваемся в реальности. Вы бы, наверное, к концу игры мечтали убить Элли и сжечь население Джексона заживо. Солнышки, если кто-то пытается вкрутить вам в голову идею, полезную для вас и для мира, задумайтесь в следующий раз: а какие были его мотивы?

И в довесок к разносу пропаганды в своей игре Нил закрепляет свой основной посыл: радикалы не меняются; он делает это через сюжет Эбби. Сначала нам не раскрывают мотивы персонажа: у нас просто большая женщина-солдат, которая в снегах отбивается от зараженных, встречает уже знакомых нам персонажей, а потом жесточайшим образом убивает одного из них на глазах у всех остальных. Вроде бы очевидно — она чудовище.

А потом Дракманн демонстрирует как это «чудовище» просто живёт и няшится со своими друзьями. Ну как бы да… но как бы нет… Есть один важный момент Автор напоминает нам, что друзья Эбби, все они еще и бывшие «Светляки», такие же непригодные к жизни среди людей — чудовища; причём делает это максимально прямо; давайте их разберём.

Оуэн дезертирует в разгар войны с культистами. Как выясняется, потому что он убил своего сослуживца, за то что его этот сослуживец казнил этих самых культистов, и требовал того же от своих подчиненных. Изменяет беременной от него женщине. Да и он вообще мечтает все бросить и вернуться к «Светлякам», ведь есть слух что эти убийцы реорганизуются вновь, ну не конченный ли?

Нора — ученица отца Эбби, одна из лучших военных медиков. В момент, когда «Волки» готовятся к войне со «Шрамами», она помогает дезертиру сбежать, так как он из её сектантской общины «Светлячки». При этом она заодно помогает украсть часть их ценнейших медикаментов. То есть верность секте «Светлячков» и идеалам отца Эбби гораздо важнее для неё, чем помощь относительно добрым людям. Думаем сами.

Мэл, будучи как и Нора врачом, чувствует себя чужой в дисциплинированной машине «ВЛФ». Беременность и грядущее материнство лишь обостряют её внутренний конфликт: она готова бросить безопасную базу и стабильный быт ради призрачной надежды найти «Светляков» в Санта-Барбаре. Для неё Оуэн и его мечты о возрождении старых идеалов значат больше, чем лояльность лидеру «Волков» — Айзеку, который превратил медиков в винтики военной системы. В итоге это стремление к якобы «светлому будущему» толкает её в эпицентр бойни, где её идеализм разбивается о жестокую реальность мести Элли. По итогу она не только ничего не добилась, а проиграла, причем с подливой.

Это многое говорит об обществе Эбби. И так вот получается, что всех вот этих замечательных личностей «ВЛФ» приютили и дали возможность просто нормально жить. Но сколько волка не корми, всё в лес смотрит. Из всех них возможность нормально жить, как вы понимаете, людей не сделала; они уже погрязли в преступном образе жизни донельзя, хотят в него обратно. Их исправит только могила.

А сама Эбби — лишь вишенка на торте этой идеи. Она изначально уходит в самоволку, чтобы казнить человека, убившего преступников. Ничего не напоминает? И даже отомстив, она не успокаивается. И дезертирует из «ВЛФ» чтоб найти Оуэна. Понимаете теперь, что ни Элли, ни Джоэл не являются катализатором её деструктивного поведения, она изначально была такой. Все мотивы Эбби укладываются в желание снова стать «Светляком» и судя по всему сгореть.

И вот тут вспомните к кому она внезапно проникается чувствами? К двум малолетним «Шрамам», таким же промытым в раннем возрасте, как и она сама. Подобное тянется к подобному. И что символично: сочувствие к «Шрамам» у неё возникает во время кошмара, связанного со «Светлячками». Чувствуете цепочку? Светлячки, фанатики —> Шрамы, фанатики как и Светляки —>Самые отмороженные из шрамов для Эбби – свои.

И когда этот монстр спасает Серафитов, ей приходит успокоение в виде сна с отцом — несостоявшимся детоубийцей, который говорит ей всем видом: «Ай, молодца! Хорошо сделала».

А о сходстве «Светлячков» с «Серафитами» напрямую говорит Оуэн в одном из флешбэков. Сначала упоминаются все «подвиги» по уничтожению людей, которые творят культисты, а потом задается вопрос: «А чем они отличаются тогда от нас?», с явным намеком, что ну ээээ…. ну вы поняли (ничем не отличаются).

И в этот момент мы окончательно убеждаемся, что да, Эбби и ее шайка ничем не отличаются от других фанатиков. Они и сами фанатики, и не меняются.

Перед тем как перейти к выводам о мотивах поступков Элли, немного отдохнём и обсудим геймплей этого шедевра. Надо разобрать один из самых важных аспектов игры — смертоубийство противников.

В системе чекпоинтов игры отдельно выделены боевые секции, чтобы игрок мог к ним вернуться в любой момент, потому что вам захочется это сделать. Сами способы уничтожения всего живого показаны довольно красиво. И что самое грустное для сторонников идеи того, что Нил Дракманн выступает против концепции мести: способы убийства людей отличаются большим разнообразием.

Можно банально отстреливать людей, а можно убивать ножами, кирпичами, оружием рукопашного боя, взрывать минами (причем минируя трупы их же товарищей), сжигать коктейлями Молотова и огнеметами. При этом им отрывает руки и ноги, показаны самые сочные выходные отверстия от пуль.

Во второй части они ещё и начинают молить о пощаде, после чего нам демонстрируют самое сочное добивание, которое даже лучше, чем в современных играх типо Doom, потому что жертва страдает. А зачем так сделано? Чтобы нам было весело убивать.

Стал бы Нил показывать всю радость убийства, если бы хотел призвать к отказу от этой части человеческой природы? Да нет, конечно. Ты не будешь показывать, как прекрасен алкоголь, если не хочешь, чтобы люди его пили; ты покажешь самые отвратительные последствия алкоголизма. А тут убийство каждого персонажа так или иначе мотивировано.

И тут напрашивается вывод, который хотели показать Naughty Dog: как здорово бывает убивать, когда это делается ради сохранения собственной жизни, жизни своих близких или уничтожения в целом опасных для человечества элементов; не стоит этого избегать и забывать об этом — вы же не курица?

А не дали бы! Это было сделано с одной простой целью. Но перед тем как я её расскажу, давайте сначала поговорим о том, что Элли не могла просто убить Эбби, потому что на самом деле Элли такая же, как она. Элли идеологически стала «Светлячком» и преступником ещё до знакомства с Джоэлом и даже до того, как выяснилось, что у неё иммунитет к кордицепсу. Её промыла «подруга» Райли, которая умирает в конце дополнения к первой части, да и тема эта хорошо показана в комиксах по игре.

Сама Элли — чудовище, и её иммунитет, в первую очередь, художественный ход, показывающий, что она уже даже близко не обычный человек. Но даже без него Элли является монстром в чисто человеческом понимании. Её истерика, когда она убила бандита, пока тот дрался с Джоэлом: Джоэл её защищал, чуть не умер, а она думает лишь о том, что она несчастная, она убила его, ей тяжело. Хотя до этого, в прологе, она выкидным ножом вскрывает глотку заражённому.

Её очередная истерика перед отправкой в Университет Колорадо: просто наплевав на всех, она рвётся неведомо куда, украв лошадь у людей, которые, между прочим, ей помогают. А в конце первой игры ей наплевать на то, что она и Джоэл пережили путешествие длиной в год через всю Америку; она лишь просит поклясться, что Джоэл не убивал «Светляков». Она эгоистка, поехавшая на идеях «Светляков»

Во второй части ее отрицательные качества показаны еще сильнее. Пока Джоэл в патруле, наша героиня, которая тоже должна быть в патруле, употребляет вещества и предаётся плотским утехам, очень ответственно, ничего не скажешь.

Это же относится и к поведению Элли во время столкновений с друзьями Эбби. Она неосознанно не хочет их убивать и всячески пытается разойтись миром, потому что чувствует в них своих, то есть «Светлячков». Единственная, кого она убивает, пока та беззащитна, это Нора, да и то это скорее акт милосердия, потому что иначе Нора станет грибочком.

В ту же корзину попадает её решение бросить Джесси и Томми, уже в Сиэтла, и найти Эбби любой ценой. При этом она прекрасно допускает, что те, кто считал её другом, не выживут. Всё это завершает её шок от убийства «Светляка» Мэл, потому что та беременна, хотя за день до этого она орала на беременную Дину, что та вообще-то обуза. Только одна обуза тебе жизнь спасла, а другая орала, что всех вас надо добить, при первом знакомстве, когда убивали Джоэла.

И ровно потому что в Элли сильно преступное начало и она по сути «Светляк», Лев просит Эбби пощадить её. Лев в целом некий полу-магический персонаж, этакий «Бог из машины», добавленный Дракманном не потому что иначе было не вырулить, а чтобы подчеркнуть, что и сектанты, и Эбби, и Элли — все они одинаковы; поэтому они обе не могут убить друг-друга. Вот вам и этакая простая идея.

Просто уже примите тот факт, что схожесть этих двух героинь — вся центральная тема второй части. Обе потеряли «отцов», обе одержимы местью и обе готовы сжигать мосты (и людей) ради своей правды. Тот факт, что Элли не убила Эбби в финале, часто трактуют как момент, когда она наконец-то отказалась быть «как Эбби» или как те самые «Светляки», ставящие идею выше человечности.

И вот получается, что Элли не может убить Эбби, но в то же время мирно ей не живется из-за своей природы, заложенной еще в раннем детстве. Именно поэтому в конце игры она бросает Дину и идет якобы убивать Эбби, а по сути спасает её. Что иронично, но опять-таки добавлено не просто так. Этот символизм Нил заложил специально, чтобы финализировать мысль о том, что Элли не может убить Эбби, а только спасти, потому что они обе чудовища.

И сама концовка сделана такой, какой она была сделана по двум причинам, вопреки всем желаниям: такие, как Элли, никогда не будут убивать таких, как Эбби. Нил хотел, чтобы игрок испытал ту боль, которую испытывают многие люди, из-за тех чудовищ в человеческом облике, убивающих достойных людей и остающихся безнаказанными.

Эпилог игры гениален в своей простоте или простате. Дина, она же аватар Дракмана в игре, уходит из дома, где они с Элли жили. Этим Нил показывает нам, что он не хочет жить рядом с такими людьми, оставляющими преступников в живых. Вы можете возразить, что Дина ушла, потому что Элли повернулась к мести и отправилась за Эбби.

Но подумайте вот о чём, если бы Элли ничего не делала, Эбби бы тихо сдохла на столбе (так ей и надо); то есть Элли убила бы её своим бездействием. Дина просто чувствовала, чем всё закончится. Такое бывает, когда вы хорошо знаете другого человека.

А вторая и финальная часть эпилога сравнивает Элли с Джоэлом. Лишившись пальцев, героиня больше не может играть на гитаре, и это самое меньшее из того, что мог Джоэл. И в свою очередь, это символизирует, что те самые куры не ровня динозаврам. Потому что динозавры берут и делают, пока куры мечутся, будто им головы оторвало.

И вот собрав все выводы, будто это первые буквы из названий глав этого текста. Пришло время итоговой мысли, что хотел донести до нас Нил.

The Last of Us это дань уважения, таким как Джоэл динозаврам, автор игры транслирует идею, что в условиях кризиса и хаоса выживание и успех возможны только через силу, дисциплину и готовность к насилию. Джоэл и Томми воплощают эти качества и потому становятся идеалом, тогда как слабость и нерешительность, свойственные Элли и многим второстепенным персонажам ведут к страданиям.

При этом Нил испытывает глубокое сожаление о том, что в современном мире происходит постепенная смена поколений и подмена ценностей. Нил никогда не отрицал необходимость мести и убийства безумцев. Концовкой он хотел показать, как будет паршиво, если мы, как вид, выродимся в куриц и будем прощать всех и вся. А название «Последние из нас» не просто описывает ситуацию, а усиливает авторский посыл. Оно превращает игру в личную драму создателя, который через постапокалиптическую притчу говорит о своих страхах. Мир становится мягче, сильных личностей всё меньше, и, возможно, Нил и те немногие люди, способные принимать жесткие и жестокие решения - последние из нас.

P.S. Я боюсь, что Sony откажется от политики портирования эксклюзивов. Я особенно жду Intergalactic. И я переживаю, что игроки опять не настроятся на внимательное восприятие, оценят игру поверхностно, как и было с The Last of Us, и упустят её главную ценность. Очень надеюсь, что Intergalactic все таки выйдет на PC, и я смогу насладиться этим выдающимся произведением искусства, и по достоинству оценить посыл Нила в его новом шедевре.