"В пути": Сборник литературных зарисовок

Случайные записи, рождённые моим разумом в разные периоды времени. Они не связаны единым миром, но объединены общими темами.
Приятного прочтения!

Шум наконец прекратился. Стальной блеск клинка снова обрёл очертание лезвия. С металлической кромки упала последняя капля крови — большая, густая, размером с крупную виноградину.

— «Ты доволен, Гарет?» — из-за спины прозвучал знакомый голос.

Воитель повернулся. Мышцы наконец смогли расслабиться, а доспехи снова стали ощутимо давить на усталые плечи.

— «Не знаю, Кайл», — проронила фигура в доспехах.

— «И куда мы отправимся дальше?»

— «На север», — слова великана сорвались с языка хлёстким ударом.

— «Там опасно, отряды савантов ищут всех, кто причастен к убийству членов Круга».

— «Тем опаснее для них».

Доспехи снова начали свой ход. Вслед за ними, с трудом поспевая, устремилась шёлковая мантия цвета спелой оливы.

Фигуры потерялись за горизонтом.

Ещё один шаг. Ещё один шаг по склону, который казался бесконечным.

Маг крепче сжал древко посоха. Пальцы вцепились в замысловатые узоры, словно пытаясь пройти сквозь них. Колкий ветер обжигал лицо, рвал глаза и сбивал капюшон с уставшего лица.

Но чародей не сбавлял темп.

Наконец на горизонте показалось что-то. Тёмное пятно ярмом приковало его внимание.

Покрасневшие руки первыми почуяли жар, исходящий из углубления в скале.

Это была пещера. Маленькая, больше похожая на дыру, нежели на что-то серьёзное.

Но её своды сейчас казались крышей королевских палат.

Последний шаг. Жар от костра ударил в лицо так, как не бьёт ни один клинок.

Маг стянул сумку и бросил тело на камни. Ноги выли от усталости, но где-то глубоко внутри что-то тихо сказало ему спасибо.

Отсюда ледяной пик казался прекрасным. Острые скалы напоминали зубы древнего существа, а снежная буря завораживала своими причудливыми узорами.

Лицо мага покраснело, а руки наконец почувствовали что-то кроме агонии.

Кажется, прошли годы. Но садящееся солнце напомнило Лайаму о том, что оно не успело сделать и одного оборота.

Пора было двигаться дальше.

Маг поднялся. На сей раз тело слушалось куда лучше.

Шаг. Затем ещё. И ещё.

Маленькая синяя точка скрылась в ледяной пелене.

Ночь. Жёлтое пламя костра согревало усталые лица.

Они сидели рядом. Четверо старых воителей, чьи лица были испещрены глубокими шрамами и рубцами. Их доспехи были потёрты, и только по одному их виду можно было понять, что они прошли сквозь тысячи битв.

Один из них, тот, что постарше, первым начал диалог:

— Знаете, мужики, я тут подумал… А стоило ли оно того?

— Что? — ответил воитель с самой длинной бородой и большим топором за спиной.

— Да всё это. Кровь, войны, осады крепостей. А надо ли оно нам вообще? Может, лучше б домик свой построили, чтоб у речки, да детей малых растили?

Наёмник, сидящий в самом дальнем углу, криво усмехнулся.

— Да разве ж мы умеем по-другому? Нас воспитала война. Да мы лязг стали чаще бабьего говора слышали! Ты чего, Стен, раскис что ли?

— Стар я стал, Руперт. Стар. Надоело мне всё это. Домой хочу я, к семье.

— Успеется ещё, старик, — сказал длиннобород.

Последний воитель, скрывающийся под шлемом, наконец поднял голову. Языки пламени затанцевали в отблесках его металлического забрала.

— То ли ещё будет, братья.

То ли ещё будет.

Беги. Беги и не оглядывайся.

Даже если никто не видит. Даже если все отвернулись.

Беги. Беги прочь от прошлого, от тьмы и от голода.

Беги. Беги, пока дышишь и пока способен бежать.

Беги. И как достигнешь цели — выдохни, посиди, вспомни былое и пропусти пару кружек за нас, стариков.

Беги, парень, беги. Беги быстрее всех нас. Беги так быстро, как не бежал никто другой.

Беги.

Ночь. Тонкий, почти незаметный свет украдкой проникал в окна старой квартиры.

Он сидел на полу. Снова. Как и прошлые ночи до этого. Пытался заснуть.

Она кошкой прильнула к его плечу. Тишина отступила. Тепло её ладони растеклось по его телу тонким ручьём. Её щека опустилась к его руке. Пепельные волосы во тьме казались ослепительно белыми.

— Не спится? — проронила она, словно уже зная ответ.

Он повернул голову, но так и не встретился с ней взглядом.

— Не знаю. Такое чувство… Будто чего-то не хватает.

— Чего же? — её руки обвили его предплечье, и он наконец почувствовал её дыхание.

— Смысла. Идеи. Какого-то эпоса, который зажжёт моё сознание.

— А сейчас?

— Сейчас всё тихо.

— Значит, придёт позже. Обязательно придёт, я знаю. У тебя всегда получалось.

Придёт. Это слово отразилось от всех стен комнаты, словно свинцовый шар, и врезалось прямо в его разум. Её голос в этот момент из привычной тихой реки превратился в ледяной осколок, а она сама стала напоминать маленькую льдинку, которую он вот-вот был готов растопить.

Он посмотрел в её ярко-зелёные глаза и отвёл платиновые волосы за ухо.

Выдох.

И она снова исчезла. Как тысячи раз до этого.

Городские огни поглотили окна старой квартиры. Он остался один.

Он встал. Не быстро, но отточено. Рука вновь нащупала знакомый блокнот.

Щелчок. И комнату залил тёплый, желтоватый свет настольной лампы.

Он сел на стул. Тот приветственно скрипнул.

— «Когда-нибудь я тебя обязательно починю, старик».

Новая страница и первая надпись.

Образы, казавшиеся когда-то бешеным водоворотом мыслей, стали выравниваться в пускай и тонкую, но весьма чёткую линию.

Штиль.

Он повернул голову к окну. И где-то там, на окраине неба, он увидел её улыбку.