Ну почему нужно идти на такое большое количество жертв, чтобы добавить ее к себе в отряд?
При этом сама игра и все спутники в ней все такие сбежавшие из эпохи постмодерна, имеют характеры с двойным дном, осуждают или открыто смеются на дуализмом добра и зла, и совершают поступки, исходя из ситуации и соображений по типу, пойдет ли ситуация им на пользу или нет. Один, вон, святоша, заключивший сделку с дьяволом, вторая — дьявол, сбежавший из ада, который борется теперь за все хорошее и против всего плохого; третья — ницшеанка в чистом виде, которая рассматривает всех с позиции силы и AUTHORITY. И так со всеми!
И в противовес им я, бедолага, одержимый Баалом, несчастный паладин, который весь первый акт пытается придерживаться паладинского кодекса (и пока успешно) и хоть какого-то морального компаса. И каждый раз, когда совершаешь что-то однозначное, компаньоны такие, ну ты дурачок, ты бы их еще в нашем лагере поселил из жалости.
.
В итоге, если все такие нетакуси, и игра рассматривает все поступки и ситуации со стороны нетакусь, ну так дай хоть какой-то хитростью присоединить к себе Минтару. Например, уговорить ее через Абсолют, что рощу вырезать необязательно, мол, го сразу в лагерь, под пледик.
.
Камон, вся игра завязана на неоднозначности, ну так дай, игра, неоднозначно присоединить к себе однозначно злого персонажа, отыгрывая добряка с дырявой крышей. В чем проблема то?