Ozzy Osbourne: великий и ужасный [ЛО🎸НГ]

Привет, народ! Этот текст я начал писать в августе прошлого года и он превратился в нечто очень масштабное. В общем, вышел лонг, возможно, самый большой, какие я писал для DTF. Его я хочу посвятить одному чуваку — не кому-нибудь, а самому фронтмену Black Sabbath. И да, сразу скажу — я не из тех, кто с детства спит в чёрной футболке с перевёрнутыми крестами и орёт «Paranoid» в дУше. Нет. Мне по душЕ death metal, grindcore и всё, где глотку рвут так, что у соседей трескается кафель и жопы. Но, чёрт возьми, Ozzy Osbourne — это отдельная тема. После его кончины я как-то поймал себя на мысли, что хочется покопаться в истории этого персонажа. И написать про это. Только не в духе «ха-ха, рок-н-ролл, черепа, пивас и козы», а с уважением. Не потому что так модно, а потому что мне этот человек был интересен и привлекателен как личность. Почему я решил подойти к этому так основательно? Наверное, из-за внутреннего чёрта — того самого, что когда-то носил косуху, ирокез и кожаную сумку через плечо, в которой Фройд с Кантом соседствовали с банками пива. Сейчас я вроде как «взрослый мужчина», детский психотерапевт (ирония, да?), живу в Вене, пью кофе без сахара и заставляю себя вставать в шесть утра, потому что «дисциплина ебёт всё и вся». Но где-то там внутри всё ещё жив тот парень, который ржал над гоблинскими переводами, спорил с преподами о морали и сидя в венских парках, под пиво, рассуждал о бессознательном. Так что да, я хочу написать этот текст с жирным юмором, колкими шутками и той самой честностью, которую сейчас часто называют токсичностью. Не всё то, что я узнал, претендует на правду (например, история с кокаином, который не влез в туалет, но влез в нос Оззи), но напишу как есть. Короче, подписывайся если ещё нет и приятного прочтения 😎

«Всё, что выключает мой чердак, я сожру», — говорил Оззи. ЛСД, закись азота, шнапс — для Оззи это был один хрен. Один хрен, который в итоге превращает мозги в маную кашу. Как психотерапевт скажу: это не депрессия, это когда у тебя в голове вместо нейронов — пьяные тараканы. Его считали самым отбитым фронтменом в истории. И заслуженно.

Он реально внюхал дорожку из шести муравьёв. Просто потому что кокс кончился, а кураж остался. Организм орёт: «Слышь, придурок, мы сейчас сдохнем!», а Оззи такой: «Завали хлебало, мы ещё не допели».

Его адские загулы помогли Black Sabbath продать 70 миллионов пластинок. Да, он был нелепым, он был фриком, но он был Настоящим.

Но была ли эта еб@нутость просто шоу? Как спец по мозгам, я тебе скажу: этот вечный образ дебила-весельчака — классический защитный механизм. Типа Фанчека, только с децибелами.

Он годами прикидывался клоуном, чтобы сблизиться с людьми и одновременно защититься от них. В 1982-м Оззи честно признался, что в нём живут двое: вменяемый Джон Осборн и невменяемый «Оззи».

Январь 1982 года. Оззи орёт свой хит «Crazy Train» с тем самым легендарным гитарным риффом Рэнди Роадса. Свалив из Sabbath два года назад, он уже впарил 13 миллионов сольных альбомов и собрал столько стадионов, сколько я за всю карьеру не видел сопливых носов.

Пока его жёнушка и по совместительству цербер-менеджер Шарон Арден ждёт за кулисами, этот маэстро творит дичь, которая вошла в учебники истории. И вот на сцену прилетает какая-то хрень.

«Я думал, это резиновая игрушка, прикинь?» — вспоминал Оззи позже. Поднял, куснул... и понял, что резина на вкус подозрительно напоминает свежую кровь и плоть.

Короче, этот придурок на сцене втыкает, что мышь — настоящая. И что он делает? Как истинный гурман из Бирмингема, он отгрызает ей башку и выплевывает этот кровавый фарш прямо в толпу. Фанаты, конечно, в ахуе, а летучая мышь — тем более.

Естественно, после такого банкета Оззи потащили на срочную вакцинацию от бешенства. Заголовки по всему миру орали так, будто он съел английскую королеву, а не облезлого летуна. Скандалы липли к нему, как банный лист к жопе. Одно говно сменялось другим, по кругу.

Но давайте глянем в корень, в этот психотерапевтический навоз. Оззи (он же Джон Майкл Осборн, родился 3 декабря 1948-го) вылез из такой нищеты, что современным «бедным» хипстерам и не снилось. Бирмингем, Лодж-Роуд — это вам не венские улочки, это суровая промзона, где воздух можно было жевать.

В 60-е там жили так хреново, что двери не запирали — воровать было нечего, кроме вшей. Туалет на улице, вместо бумаги — старые газеты. Горячей воды? Забудь. Холодная из крана — уже роскошь.

Оззи дико боялся, что сгниет в этой дыре. Но батя в него верил, говорил: «Сынок, ты точно в чём-то выстрелишь». Ну, он и выстрелил. По летучим мышам.

В школе он был знатным е£ланом. Учиться? Не, не слышали. Ржать и паясничать — вот это пожалуйста. Классный клоун, который не умел ни читать, ни писать нормально. Учителя его лупили за дерзость, особенно один козёл по фамилии Джонс, который херачил указкой так, что искры из глаз летели. Жестоко? Да. Но Оззи использовал это как топливо для своей ярости.

Тогда никто не выкупал, в чём проблема. Думали — просто тупой или ленивый. А у пацана была дислексия. Это сейчас я, как доктор, выпишу рецепт и поглажу по головке, а тогда тебе просто прописывали люлей и отправляли работать на завод.

Кстати, школу он бросил в 15 лет. Без аттестата, зато с татуировкой «OZZY» на пальцах, которую сам себе набил иголкой и графитом.

Короче, этот будущий «Князь Тьмы» страдал от дислексии. Читать он не мог, буквы для него прыгали и смешивались. Это было стыдно, ппц как. Плюс у него был СДВГ — это когда у тебя в жопе мотор, а в башке вместо мыслей — стайка обезумевших белок. Концентрации ноль, зато энергии как у атомного реактора.

В 60-е годы про СДВГ никто не слышал. Тогда диагноз был один: «Ты дебил, иди работай». Оззи чувствовал себя полным неудачником, вечно отстающим от всех. И что делает пацан, чтобы не сдохнуть от стыда? Правильно, надевает маску дегенерата. Снаружи — счастливая лыба до ушей, внутри — дикий страх и неуверенность. Такого в моей работе овер-дохрена, это классическая компенсация. Притворяйся клоуном, чтобы никто не заметил, что ты на самом деле боишься обосраться.

Школа, где учился Оззи, была не местом для учебы, а грёбаным Колизеем. Там правили «Тедди-бои» — отбитая субкультура с набриолиненными коками и ножами в карманах. Эти ублюдки были известны своей запредельной жестокостью.

Вот что говорит Оззи в одном из интервью:

И тут на сцену выходит Тони Айомми. Самый жесткий парень в округе. Его боялись все, и было за что. Если ты открывал рот в его сторону, Тони просто разворачивался и прописывал тебе такую затрещину, что ты летел в угол, собирая все косяки по дороге.

Оззи из штанов выпрыгивал, чтобы подкатить к Тони, но тот его на дух не переносил. Айомми как-то сказал пацанам: «Уберите от меня этого Осборна, видеть его рожу не могу». Почему? Да потому что Оззи был слишком наглым, вечно кривлялся и пытался шутить, а шутки его тогда были плоскими. Тони бесило это «клоунство».

Чтобы выжить, Оззи решил использовать старую тактику: «стань другом самого сильного альфа-самца, и тебя не тронут». Он пытался рассмешить Тони, корчил рожи, валял дурака — в общем, работал придворным шутом у будущего гитариста. Это была его броня. Он скрывал свою уязвимость за маской придурка.

Знаешь, что самое смешное? Тони в итоге его взял в группу только потому, что у Оззи был свой усилитель. Вот тебе и «рок-судьба». Нет усилка — сиди дома и нюхай бибу.

Короче, Оззи юзал своё кривляние как профессиональный щит. Если на тебя летит амбал с кулаками, проще прикинуться дебилом и заставить его ржать, чем собирать зубы по асфальту. И знаете, это работало! Он буквально взламывал людские сердца своим идиотизмом. Тони Айомми, этот железный дровосек, поначалу не вёлся, но зато Оззи «склеил» лучшего друга Тони — Ларри.

Ларри потом вспоминал, что Тони пришёл к нему и выдал: «слышь, я с этим дегенератом дружить не буду, он самый тупой в школе». Но у Оззи было то, чего не было у суровых парней — охеренное чувство юмора, острое, как бритва. В итоге, под защитой этих «авторитетов», жизнь Оззи стала чуть спокойнее, но скука в Бирмингеме стояла такая, что можно было повеситься на собственных шнурках. Гетто, депрессия, серость.

И тут бац! Малой услышал музыку. Это было как пробуждение после летаргического сна. Когда он увидел «Битлз», его торкнуло: «Мать твою, эти четверо работяг из такого зажопинска, как Ливерпуль, стали богами! Значит, и я, кривозубый Джонни, смогу!» Он всерьёз мечтал стать пятым из Ливерпульской четверки.

Спойлер: стал первым в аду, но это позже.

Правда, вместе с мечтами пришла и другая «радость» — бухло и наркота. У Оззи была классическая аддиктивная личность. Он не умел «выпить бокальчик». Он пил до состояния «мордой в салат» или «отключка на ковре». На любой тусе Оззи был первым кандидатом на звание «главное бездыханное тело вечера».

Рок-звезда — это круто, но жрать-то хочется. После школы Оззи пошел по этапу... рабочих профессий. Завод его бесил, он там не задерживался. И вот в 1964-м кореш пристроил его на скотобойню. Оззи выдали нож и отправили потрошить овечьи желудки. Вычищать траву, срезать жир — романтика!

Запах там стоял такой, что первые два дня тебя тупо выворачивало наизнанку. Но и там были свои «альфачи». Чтобы эти мясники не пустили его самого на фарш, Оззи снова включил режим клоуна.

Так вот, овечьи глаза со скотобойни... этот придурок притащил два полных мешка этой склизкой херни в танцзал «Хэнсворт Плаза». И что он сделал? Высыпал их на танцпол! Люди кружатся танце, а у них под туфлями — хлюп-хлюп — лопаются овечьи глазные яблоки. В конце вечера пол напоминал декорации к фильму ужасов, а подошвы у всех были в слизи. Оззи ржал как не в себя. Но начальство юмора не выкупило — вышвырнули его со скотоюойни без выходного пособия. Хорошо, хоть морду не набили за такие «шутейки».

Оставшись без копейки, Осборн решил, что он — Оушен и его 11 друзей в одном лице. Начал угонять тачки, творить всякую дичь. Потом вообше начал потрошить телефонные будки, ну чтоб чисто поржать. Кончилось всё предсказуемо — браслеты, участок и «здрасьте, господин комиссар».

Зимой 1966-го «гений» преступного мира пошел на крупное дело — грабануть магазин шмоток прямо за своим домом.

Внимание, лайфхак от Оззи:

Полиция нашла его отпечатки быстрее, чем он успел примерить украденные штаны. Самое смешное, что лезть-то далеко не надо было — перемахнул через забор своего сада и ты в магазине.

Оззи потом всю жизнь травил эту историю с самоиронией, мол: «смотрите, какой я дебил». Это его фишка — первым обосрать себя, чтобы другим не за что было зацепиться. Психологическая защита уровня «Бог», я такие приемы в клинике каждый день вижу.

Суд впаял ему 40 фунтов штрафа. Огромные бабки по тем временам — сейчас это баксов 700. Батя, старый суровый работяга, сказал: «хер тебе, а не деньги. Посиди-ка ты, сынок, в тюряге, может, мозги на место встанут». И Оззи загремел на 6 недель за решетку.

Оказавшись среди матёрых уголовников, длинноволосый доходяга Оззи применил свою любимую тактику: нашел самого здорового, татуированного амбала и напросился к нему в «шестёрки»-весельчаки. И ведь выжил!

Вышел он с твердой мыслью: «Воровать не моё, буду петь». Но в Бирмингеме тогда каждый второй хотел быть вокалистом, и большинство пели так, будто им яйца дверью прищемили. Как выделиться?

Батя сжалился и занял ему 250 фунтов (снгодня это косарей шесть зелени!). На эти деньги Оззи купил себе мощный усилитель и колонки «Vox». Теперь он был не просто безработным фриком, а фриком со своим аппаратом. А в мире рока, если у тебя есть усилок, группа сама тебя найдёт, даже если ты поёшь как мартовский кот. Всё, расчёска перед зеркалом закончилась — начался настоящий рок-н-ролл.

Короче, на дворе 1968-й. Оззи, 20-летний балбес, вешает в магазине объявление: «Оззи Зиг ищет работу». И тут на горизонте рисуются двое: барабанщик Билл Уорд и гитарист Тони Айомми. Да-да, тот самый Тони, который в школе херачил Оззи по затылку при каждой встрече.

Тони читает объявление и цедит сквозь зубы: «Надеюсь, это не тот придурок Осборн, он же конченый». Когда дверь открылась и они увидели друг друга, Оззи, небось, чуть в штаны не наложил — пришёл устраиваться в банду к своему главному школьному кошмару. Тони сразу развернулся на выход: «С этим дегенератом я в одной группе играть не буду. Без вариантов».

Но тут случился момент истины. Оззи заметил, что у Тони с рукой какая-то лажа. Айомми-то работал на заводе и последний ему станком оттяпало кончики пальцев. Гитарист без пальцев — это как психотерапевт без чувства юмора: работать можно, но эффект не тот.

Тони тогда смастерил себе насадки из пластиковых бутылок и кожаных ремней, чтобы хоть как-то зажимать струны. Оззи проявил участие, спросил про травму, и лёд тронулся. Хотя, будем честны: Тони смирился не из-за душевной доброты Оззи. Он увидел аппарат. У Оззи был микрофон, усилок и две колонки. А в Бирмингеме 60-х это был пропуск в высшую лигу. Тони вздохнул и сказал: «Ладно, петь он вроде может, а колонки нам пригодятся. Берём этого клоуна».

К банде примкнул кореш Оззи — Гизер Батлер. Уникальная херня: все четверо родились в одном районе Бирмингема, в десяти минутах ходьбы друг от друга. Настоящий «рабочий класс». Сначала назвались «Polka Tulk Blues Band», потом «Earth», и только потом додумались до нормального названия.

Первые концерты давали в пабе «The Crown» на Стейшн-стрит. Сейчас это здание стоит полузаброшенное, как мои надежды на спокойную старость, а тогда там жизнь кипела. В первый же вечер их взяли на разогрев в клуб «Henry’s Blueshouse». Хозяин клуба охерел: «Эти пацаны просто звери!»

Они так быстро набрали фанатов, что их сразу сделали хедлайнерами. Оззи на сцене преображался — из забитого школьного шута он превращался в грёбаного шамана. Люди валили толпами, чтобы посмотреть на этот психоз.

Вне сцены Оззи был обычным тихим парнем, который вечно бродил с таким видом, будто что-то потерял. Но как только он прыгал под свет софитов — всё, прячьте всех и сами прячьтесь! Это был торнадо. В него как будто втыкали вилку на 380 вольт, и оторвать взгляд было невозможно.

Стиля у него не было от слова совсем. Цветовые сочетания? Вкус? Не, не слышали. Его первая встреча с коллегами — это был цирк. Дешёвые тюремные партаки, одежда каких-то диких расцветок. Но в этом и была его сила. Он был эталонным нонконформистом — ему было тупо насрать на все правила, и это, сука, подкупало.

В 69-м менеджер Джим замутил им тур по Европе. Оззи до этого дальше своего Бирмингема и не выходил. В Скандинавию он собрался как настоящий аристократ: пара джинсов и целлофановый пакет с трусами, носками и парой футболок.

Потом был Гамбург, легендарный «Star Club», где до них пахали «Битлы». И парни гремели там семь дней в неделю. Семь, Карл! С восьми вечера до двух ночи. Они вернулись оттуда как после мясорубки: помятые, выжатые, доведённые до предела, даже говорить не могли.

У Оззи голос сел в ноль, у Тони пальцы кровоточили под насадками. Это была самая жесткая «учебка» в истории рока. Зато вышли оттуда не мальчиками, а матёрыми псами.

Группа тогда называлась «Earth», но таких «Земель» в Англии было как грязи. И вот исторический момент. Репетиционная база, все в сборе: Оззи, Тони, Билл. Гизер Батлер (этот философ хренов) опаздывает.

Наконец открывается дверь, Гизер вваливается, глаза горят. Все на него: «Ты чё опоздал!? Это непрофессионально!» А он такой: «Пацаны, у меня есть ОНО». И делает драматическую паузу. А потом выдаёт: Black Sabbath.

Название «Black Sabbath» они подрезали у старого хоррора 1963 года с Борисом Карлоффом. Репетиционная база парней была прямо напротив кинотеатра. Тони Айомми как-то глянул в окно и выдал гениальную херню: «Слышь, народ платит бабки, чтобы их до усрачки напугали в кино. Почему бы нам не начать писать музыку, от которой у людей будут поджилки трястись?»

Так оно и началось. Они тогда не осознавали, что изобретут целый жанр — они просто хотели нагнать жути. Но название быстро притянуло к ним всяких фриков. Какие-то оккультные придурки начали звонить и вкрадчиво спрашивать: «Парни, а какую черную магию вы юзаете? Коз в жертву приносите или чисто на крови девственниц репетируете?»

А парни просто ржали. Они к магии имели такое же отношение, как я — к балету. Это было чисто шоу-бизнес. Они не практиковали сатанизм, они просто играли в него, потому что это чертовски круто продавалось.

Кстати, первую рекламную фотку группы делали прямо на заднем дворе одного из фотографов. Поставил он этих четверых у стенки, встал напротив. Вид у них был — обнять и плакать. Хмурые, помятые, злые на весь мир. Тони тогда гордо заявил, что они «мрачная группа».

В январе 1970-го они подписали контракт с Vertigo. И когда они выдали трек «Black Sabbath» — это стало чертежом для всего будущего металла. Альбом вырос абсолютно органично, как грибы после кислотного дождя.

Голос Оззи в песнях типа «Behind the Wall of Sleep» — это нечто. Он не прикидывается, не манерничает. Он орёт прямо из нутра, как старые блюзмены, которые всю жизнь хлебали дерьмо большой ложкой. Это настоящий мужик, который поёт так, как умеет. И это цепляет, потому что в этом нет фальши.

А теперь немного про технику:

И вот тут-то звук и стал низким, жирным и тёмным. Альбом вышел в пятницу, 13 февраля 1970 года. Заглавный трек строится на интервале, известном как «дьявольское созвучие» (тритон). В средние века за такое сжигали, а в 70-е за это давали золотые диски.

Этот звук — это сам Бирмингем. Это грохот прессов, визг станков и тяжелый молот заводских цехов. Это мощь, которую невозможно игнорировать.

Когда Оззи пригнал в Америку пиарить первый альбом, он охерел: девки вешались на него гроздьями! Он был просто Тем Самым Чуваком. А потом вышел «Paranoid». Этот бешеный ритм и то, как Оззи бесновался на сцене, закинули песню на верхушку чартов. И тут пошли первые реальные бабки.

Если раньше они получали по 25 фунтов за вечер (чисто на пиво и сухарики), то внезапно ценник прыгнул до 250! Это был квантовый скачок. Стадионы на 30–40 тысяч рыл, и Оззи — главный в этом зоопарке. Казалось бы, живи и радуйся, но хрен там плавал.

Несмотря на горы золота, Оззи грызла лютая неуверенность. Он был единственным в группе, кто не умел играть на инструментах. Он наверное думал: «Бля, да любой придурок может встать и поорать в микрофон». Его это жрало изнутри. У него не было веры в себя — ноль, зеро!

Чтобы не свихнуться от страха, он продолжал играть роль «классового шута». Знаете, как в школе — если ты боишься, что тебя назовут лохом, ты сам начинаешь вести себя как дебил, чтобы всех рассмешить. И, конечно, на сцену он выходил, только залив в себя столько синьки и закинув столько дури, что слон бы сдох на месте. Без допинга этот «торнадо» просто не заводился.

Когда бабло потекло рекой, на горизонте всплыл Патрик Миэн. Этот тертый калач приехал в Бирмингем и напел парням в уши: «Забудьте своего Джима, он местечковый лох. Я — папа из Лондона. Контрактов не надо, просто верьте мне на слово. Я вам — новые тачки и лучший аппарат, вы мне — всё остальное».

Парни, как последние лопухи, повелись. «Ну да, Джим из нашего болота, чё он понимает? А эти лондонские волки — вот это бизнес!» В итоге Миэн приставил к ним своего бухгалтера, и... ну, вы поняли. Это как доверить козлу капусту, только капуста — это миллионы долларов.

На фоне этого безумия Оззи закрутил роман с Тельмой Райли, матерью-одиночкой, которую подцепил в клубе. Быстрая свадьба, переезд в фермерский дом в глуши. Оззи даже усыновил её сына Эллиота. Тельма казалась островком спокойствия в этом океане наркоты.

Они позвали жить к себе старых друзей, Джона и Дебби. Те были из «образованных», университет заканчивали, типа интеллигенция, средний класс. А Оззи и компания — чисто рабочий класс с татуировками на костяшках. Друзья Тельмы за спиной шептались: «Да если бы не его бабло, она бы на этого утырка и дважды не взглянула».

Из интервью:

Когда Оззи возвращался домой, адреналин у него из ушей капал. А дома — быт, дети, жена... Скукотища! Душа требовала треша. Сначала он пытался развлечься по-мелкому: воровал яблоки у соседей. Но это же Оззи, ему мало просто стырить фрукт.

А что это значит? Да он просто берёт ружьё и начинает херачить по яблокам прямо на дереве. В 1972-м у них с Тельмой родилась дочка Джессика, но роль примерного папаши Оззи тянул хуже, чем я — роль балерины. Девять месяцев в году он торчал в турах. В интервью ныл: «Ой, я так скучаю по детям», а сам в это время пересчитывал баб в отельном номере. Тельма знала, что он гуляет напропалую, но у рок-звезд того времени верность была опцией, которую никто не покупал.

А потом Оззи открыл для себя кокс. Для чувака с его комплексами и вечной неуверенностью это стало «лекарством». Под кайфом он чувствовал себя королем мира, а не тем забитым пацаном из Бирмингема.

В 1972 году, пока они записывали «Vol. 4», банда спустила 30 000 баксов на кокаин за шесть недель. Чтобы ты понимал, тогда на эти деньги можно было купить небольшой квартал. В студии на столе всегда стояли две тарелки: одна с коксом, другая — с марихуаной. Шведский стол. Плюс горы таблеток: одни, чтобы скакать на сцене, другие (транквилизаторы), чтобы вырубиться после баб и угара.

Лето 72-го, вилла в Бель-Эйр. Работают над альбомом «Snowblind» (название — чистый гимн кокаину). И тут какой-то дебил в приступе кайфа решил включить кондиционер, а нажал... кнопку тревоги. Через пять минут к вилле неслась вся полиция штата.

У Оззи паника уровня «п¥3дец, я сяду». В доме горы запрещёнки. Он бежит к толчку, пытается всё смыть, но унитаз, сука, не справляется! Кокса слишком много, он плавает сверху и насмешливо на него смотрит. И тут Оззи принимает «гениальное» решение: он начинает слизывать и внюхивать кокаин прямо с пола и ободка унитаза, лишь бы копы не нашли.

А ещё один музыкальный журналист, Сидни Тейлор, рассказала, что когда она попросила Оззи описать себя, он ответил так:

К середине 70-х жизнь Оззи пошла по узде. Он жрал всё, что не прибито гвоздями: люминал, викодин, морфий, ЛСД, шнапс... Для него это было как для тебя утренний кофе — один хрен, лишь бы чердак выключило. Группа была в ахуе. Барабанщик Билл Уорд как-то за кулисами орал: «Вышвырните этого нарколыгу на мороз, или я его сам прикопаю в подвале!»

И тут еще выясняется, что их менеджер Патрик Миэн — редкая гнида. Чуваки думали, что они богачи, а на деле у них были только шмотки, что на теле. Всё остальное — дома, тачки, даже сраный «Роллс-Ройс» Айомми — было записано на фирму менеджера. Тони даже телефон отключили за неуплату! В итоге они его уволили, но остались с голым задом. Оззи как-то 40 центов на яблоко просил у знакомых, потому что в карманах только дырки и кокаиновая пыль.

Чтобы хоть как-то выплыть, они наняли Дона Ардена. Этот хрен называл себя «Аль Капоне рока». Настоящий британский гангстер старой школы: если ты не согласен с условиями контракта, он мог легко вывесить тебя за ноги из окна. Чисто для профилактики.

Именно тогда, придя в офис к этому маньяку, Оззи впервые встретил Шарон. Она тогда подрабатывала у папаши на ресепшене. Маленькая, бойкая, еще не знающая, что ей придется нянчить самого главного е&аната в истории музыки.

Когда записывали «Technical Ecstasy», бухгалтер обрадовал парней: «Ребят, вы не просто нищие, вы еще должны государству миллион долларов налогов». Оззи, как истинный финансовый гений, берет аванс в 400 баксов. И что он делает? Тратит 380 на кокс! На оставшиеся 20, видимо, купил жвачку. В итоге жрать нечего, группа в депрессии, Тони Айомми в бешенстве.

Брак Оззи с Тельмой трещал по швам. Давление стало таким, что Оззи сам сдался в психушку. Это был предел. Одно дело — играть «безумного артиста» для фанатов, и совсем другое — когда ты реально не отстреливаешь, где реальность, а где галлюцинации от мескалина.

Выйдя из дурки, он честно пытался завязать. Мол, кайф ушел, осталась только привычка. Но в 1978-м умирает его отец — единственный человек, который в него верил и купил тот самый первый усилок. Оззи сорвался в крутое пике.

«Я вывезу похороны только если залью глаза вискарем», — сказал он и ушел в запой на полгода.

Сердце в хлам, душа в дребезги. Он стал балластом. Группа приехала в Англию, посмотрела на это зомби и решила: «Всё, хорош». Уволить Оззи поручили его лучшему корешу — Биллу Уорду. Билл пришел и сказал: «Оззи, твое сердце больше не с нами. Ты уволен».

Короче, когда Оззи вышвырнули из Sabbath, его мир не просто треснул — он разлетелся в щепки, как гитара об пол. Смерть бати, развод, голос в лохмотьях от кокса... Парень реально думал, что всё, пора сушить весла и возвращаться в Бирмингем на завод закручивать гайки до конца жизни. Для него это было страшнее смерти.

Он заперся в отеле в Л.А. и решил самоликвидироваться самым приятным способом: вискарь, водка и горы кокса. Шторы задернуты, горничных — нахер, из еды только холодная пицца, коробки от которой стояли штабелями до потолка. Оззи превратился в биологический мусор. Его менеджер Дон Арден припахал свою дочку Шарон присмотреть за этим овощем, чтоб он там самовыпиливание не устроил.

Шарон вошла в этот гадюшник, открыла шторы и сказала: «Мы делаем из тебя сольную звезду». Оззи сначала не поверил, думал, глюки. Он-то думал, что Sabbath его выкинули, а он им нахер не сдался. А Шарон выдала гениальный ход: «Это МЫ их бросили, Оззи. Ты — бренд, ты — личность, нахер тебе название группы? Люди любят тебя, а не вывеску!»

Она дала ему то, чего не даст ни один коуч — веру в то, что он не просто кусок дерьма.

Она начала лепить из него персонажа, усиливая все его безумные черты до максимума. Так началась подготовка к «Blizzard of Ozz».

Но королю нужна свита, а точнее — гитарист, который не просто бренчит, а заставляет демонов танцевать. И тут на пороге появляется 22-летний Рэнди Роадс. Оззи, который тогда был в сопли пьяный («как обезьяна», его собственные слова), сначала не впечатлился. Рэнди был мелкий, щуплый, в каких-то нелепых шмотках.

Но как только этот мелкий врубил свой крошечный усилок и ударил по струнам — Оззи протрезвел за секунду. Это было оно. Та самая музыкальная химия.

Рэнди со своей легендарной гитарой Flying V в горошек, принес в музыку Оззи мощь и элегантность. Послушайте соло в «Mr. Crowley» — это же чистое искусство, выточенное из тьмы. Рэнди стал для Оззи лучшим другом, которого у того никогда не было. Он дал ему звук, он дал ему опору, и, на мой взгляд, он дал ему будущее.

В 80-м вышел «Blizzard of Ozz», и Рэнди Роадс своим «Crazy Train» просто переехал всех сомневающихся. Но главный «паровоз» за кулисами вела Шарон Арден. Она была не просто менеджером, она была цербером в юбке. Умная, как сто чертей, и хваткая — папаша Дон Арден научил её выгрызать контракты зубами.

Оззи в неё влюбился как мартовский кот. Она дала ему структуру. Но когда пришло время колоться бате Дональду про их шашни, всё пошло через жопу. Оззи привели в пафосную гостиную Дона, и тут «Князю Тьмы» приспичило отлить. Ну потерпи ты немного! Да какой там... он нашел в углу раковину для полоскания стаканов и надул туда полное «озеро надежды» прямо в тот момент, когда Шарон заходила с отцом.

После такого конфуза Шарон окончательно забрала Оззи под своё крыло и начала его «перезагрузку». С первой женой Тельмой было покончено — Оззи был слишком занят тем, чтобы выживать в руках новой хозяйки.

Она решила, что мрачный имидж Sabbath — это скучно. Началась эпоха американского шика: бахрома, какие-то дикие пастельные тона, ковбойские замашки. Это выглядело нелепо, но, сука, работало на американцев! Оззи на сцене мог выйти с гладильной доской и утюгом и начать гладить штаны посреди соло. Народ ржал, народ кайфовал. Шарон знала: в США любят фриков типа Kiss или Элиса Купера, и она выкрутила странности Оззи на максимум.

Чтобы окончательно закрепить успех в США, Шарон устроила встречу с боссами лейбла. План был такой: Оззи заходит в кабинет, выпускает пару белых голубей — мир, дружба, жвачка. Но Оззи был в говнище пьяный. Одного голубя он выпустил, а второму, ранее умершему по неизвестной причине... просто откусил башку и бросил это всё дело на стол этих самых боссов.

После этого шоу стало еще безумнее: Оззи выходил в кольчуге, а на сцене у него были карлики, которых он «вешал» в петлях. Назвали это «Prince of Darkness». Билеты разлетались быстрее, чем голубиные головы.

В 82-м турне «Diary of a Madman» превратилось в тотальный пипец. Оззи вспомнил молодость на бойне и решил: «А нахрена нам конфетти? Давайте швырять в толпу сырое мясо!» Они соорудили катапульту и начали пулять кусками вырезки и требухи прямо в фанатов.

Народ идею заценил — через неделю фанаты начали приносить своё мясо. В Оззи летели свиные ноги и бараньи головы. На сцене творился такой зоопарк, что вонь стояла на три квартала.

Дальше — больше. В Техасе Оззи был настолько в говнище, что Шарон спрятала всю его одежду, чтобы этот алкаш не свалил за догоном. Думаешь, его это остановило? Ха! Он надел её платье и пошел гулять.

Приспичило отлить. Он нашел какую-то старую стену и выдал мощную струю. Оказалось, это Аламо — святыня американской истории. Это как если бы ты приехал в Ватикан и обоссал алтарь. Итог: тюрьма, бан на въезд в Техас и звание главного ссыкуна рок-н-ролла.

Но 19 марта 1982 года шутки кончились. Оззи и Рэнди Роадс были как братья. Рэнди был единственным трезвым пятном в этом цирке, он Оззи буквально за руку водил. Они остановились починить автобус во Флориде возле аэродрома.

Пилот-кокаинщик решил пофорсить, взял Рэнди и швею на борт маленького самолета и начал «брить» автобус, где спали остальные. Один раз пронесло, второй... а на третий он зацепил крылом автобус, потерял управление и впилился в дом. Взрыв, пламя, и Рэнди — лучший гитарист поколения — превратился в уголек.

Оззи выскочил из автобуса, орал как раненый зверь. Он до сих пор верит, что выжил только чудом Божьим. Но вместе с Рэнди в том костре сгорела и часть души Оззи. Он потерял опору, потерял друга и окончательно провалился в черную дыру.

После смерти Рэнди тормоза отказали окончательно. Оззи начал пить так, будто завтра не наступит никогда. Его стандартный «дринк» — это пивной бокал, в который вливали четверть водки, четверть виски и четверть «Джека». Хотя, почти все источники говорят, что это просто фанатская рок-байка.

Через три месяца после того, как бедняга Рэнди превратился в пепел, Оззи и Шарон поженились на Гавайях. Романтика! Оззи нажрался так, что в брачную ночь не смог найти дорогу до кровати и уснул где-то под пальмой.

Потом они вернулись в Англию, и начался стандартный «быт» семейки Аддамс. А в 1984-м Оззи поехал в тур с Mötley Crüe. Это были молодые глэм-металлисты, которые считали себя королями угара. Оззи, как старый матёрый пес, решил показать этим щенкам, кто тут настоящий папа.

Они сидели у бассейна, кокс закончился. Оззи видит дорожку муравьев, ползущих по плитке. Берет трубочку и — вжжжжух! — занюхивает живых муравьев ноздрей. Мотлеи чуть не заблевали свои кожаные штаны. То же самое он проделывал в лондонском баре в обеденный перерыв. Просто занюхал штук шесть мурашей под пивко. Псих? Абсолютный.

Август 1989-го. Пик п#здеца. Оззи просыпается в камере полицейского участка и спрашивает: «А чё я тут делаю?». Коп ему в ответ: «Ты пытался убить свою жену, дебил».

Короче, в ту ночь в их загородном доме Оззи зашел в спальню к Шарон с абсолютно пустыми глазами. Никаких эмоций. Сказал: «Мы приняли решение, ты должна умереть», набросился на неё и начал душить. Шарон спаслась только потому, что нащупала тревожную кнопку. Приехали копы, скрутили «Князя Тьмы» в бараний рог. Оззи на утро не помнил ни хера. Это был край. Дно. Ниже только могила.

Знаешь, что самое дикое? Шарон его простила. После того, как он чуть не отправил её на тот свет, она отправила его в рехаб. Это была величайшая инвестиция в истории: она не просто спасла бизнес, она спасла этого старого алкаша от самого себя.

Оззи вышел, и через 45 минут снова потянулся к бутылке, потому что расстроился из-за какой-то херни. Репортеры потом спрашивали: «Оззи, у вас есть проблемы с алкоголем?». А он отвечал: «Нет, проблемы у Шарон — это ей приходится меня терпеть».

Вообще, в процессе изучения материалов у меня возникло ощущение, что Оззи выжил только потому, что Шарон была хищником от природы. Она вытащила его из черной дыры и заставила мир снова его полюбить.

В 1995-м Оззи решил: «Хочу на Lollapalooza!» А ему в ответ: «Слышь, дед, ты уже не в тренде, твоя музыка пропахла нафталином и старыми носками». Шарон, услышав это, не просто расстроилась — она превратилась в фурию. И решила замутить свой фестиваль, с блэкджеком и... Оззи!

Так в 96-м родился Ozzfest. Это был гениальный ход. Вместо того чтобы клянчить место у молодняка, Оззи сам стал их боссом. Он вытащил на свет кучу новых групп — всякие Linkin Park, Slipknot и прочие ню-метал банды тогда еще только учились не пачкать штаны на сцене. В итоге на фест повалила школота, которая Black Sabbath в глаза не видела, но Оззи зауважала. Маркетинг уровня «Бог».

Но годы угара даром не проходят. Руки у Оззи затряслись так, будто он на стройке отбойным молотком 40 лет без обеда херачил. Все думали, что старик просто перебрал кокса в 70-х. А я тебе как мозгоправ скажу — там помимо физухи и паника, и неуверенность, и букет психических болячек.

А спортом Оззи никогда не занимался. Единственное упражнение, которое он освоил в совершенстве — это подъём полного стакана ко рту. Гантели? Не, не слышали. Его диета из водки и транквилизаторов наконец-то постучала в печень. Он вечно жрал то, что его штырит, и то, что его приземляет — настоящие химические качели. И стёр здоровье в труху.

В какой-то момент Оззи сказал: «Всё, задолбало, я 30 лет на чемоданах, хочу сидеть дома и пускать слюни в телевизор». Но Шарон — женщина-акула. Если Оззи нельзя продать как живой концерт, она продаст его как домашнего питомца! В 1999-м она подписывает контракт с MTV, и в их дом заезжают камеры. Так появились The Osbournes.

Мир увидел не «Князя Тьмы», откусывающего бошки летучим мышам, а забавного деда в трениках, который не может совладать с пультом от телевизора и вечно спорит с детьми — Келли и Джеком. Это был гребаный эксперимент, который никто не мог просчитать. Никакого сценария, Оззи просто был собой — тупил, ругался матом и пытался понять, зачем в доме столько собак.

Люди влюбились в него и в это шоу (я в их числе). Оказалось, что величайший фронтмен рока — это просто искренний, странный и дико смешной мужик с отличным чувством юмора. Его посмотрело больше народу, чем когда-либо было на его концертах. Он стал родным для каждой домохозяйки в Айове.

Когда шоу на MTV выстрелило, Оззи улетел в такую стратосферу, что даже Илон Маск бы обзавидовался. Выйти за хлебом стало квестом: за ним буквально охотились ради автографа. Оззи, конечно, парень добрый, но когда тебе надо срочно отлить или купить пива, а вокруг толпа — это бесит.

Самое смешное, что в реальной жизни он так и остался тем самым парнем из Бирмингема, который в трех соснах заблудится. Помнишь тот кадр с пультом? Бедолага тыкал во все кнопки, пытаясь включить телек, а у него за спиной шторы то открывались, то закрывались. Он воевал с техникой, как первобытный человек с огнем. Это не игра на камеру, он реально такой — «гений» бытовой инвалидности.

Но комедия быстро сменилась хреновым триллером. У Шарон нашли рак. Для Оззи это был удар под дых. Потерять жену, менеджера и единственного человека, который знал, где лежат его носки — это был конец света. Конечно, он сразу прыгнул в старое «лекарство»: виски, кокс и далее по списку.

Несмотря на то, что за второй сезон им отвалили по 5 миллионов зелени, Оззи чувствовал себя подопытной крысой. Чтобы просто выносить камеры в доме 24/7, он заглатывал по 40 разных таблеток в день. Сорок штук, Карл! Его мозг превратился в химический суп. Зато успех был такой, что его позвали в Белый дом, и сам президент Буш называл его по имени. Парень из гетто Бирмингема ужинает с президентом — если это не американская мечта, то я — балерина из Шаттдорфа.

В декабре 2003-го смерть всё-таки решила постучаться лично. Оззи навернулся с квадроцикла у себя в поместье. Переломал ребра, ключицу, влетел в кому. Шарон, которая сама едва оклемалась от рака, дежурила у кровати этого «чуда природы». Все думали: ну, теперь-то точно хана деду.

Но Оззи — живучий гад. Он выкарабкался, и этот полет через руль стал для него холодным душем. Он внезапно понял: если продолжит в том же духе, следующая остановка — кладбище. Он прошёл терапию, завязал со всеми порошками и синькой. Стать трезвым для Оззи — это уже большой подвиг.

Все эти дикие выходки, которыми он прикрывал свою неуверенность и панику, ушли в прошлое. Он наконец-то научился жить в своей собственной шкуре, не заваливая её тоннами веществ. Он принял себя — со всеми паническими атаками и трясущимися руками.

Но знаешь, что самое крутое? Несмотря на миллионы и мировую славу, в глубине души он всё тот же испуганный пацан. У него до сих пор сидит этот подсознательный страх, что завтра кто-то придет и скажет: «Эй, Оззи, лавочка закрыта, возвращайся на завод». Эта неуверенность и сделала его великим. Она гнала его вперед, заставляла смешить людей и творить дичь.

В 2017 году круг замкнулся. Оззи и Black Sabbath вернулись в родное гетто — в Бирмингем, чтобы дать концерт в рамках «The End Tour». Это было мощно. Они поклонились, ушли со сцены, и фанаты стояли в ступоре.

Это было странное чувство. Парни, которые полвека назад воровали яблоки и нюхали муравьев, снова играли там же, где всё началось. Но если психологические травмы Оззи зализывал годами, то тушка его окончательно посыпалась.

В 2020 году Оззи выкатил правду — у него Паркинсон. Дегенеративная дрянь, которая превращает твоё тело в кисель. Оззи всегда был честным до идиотизма. В интервью он вываливал больше дерьма, чем любой другой рокер. Долго скрывал болезнь, потому что в этом бизнесе клеймо немощности — это приговор.

Но он признал: «Да, я всё перепробовал, всё сожрал, везде побывал». Теперь его жизнь — это не кокаиновые горы, а тихие прогулки и попытки попасть ложкой в рот.

22 июля 2025 года в возрасте 76 лет Оззи Осборн отбыл в другой мир. Он скончался дома, в окружении семьи.

Знаете, почему я его уважаю, несмотря на весь этот ебанутый треш? Потому что Оззи — это гимн искренности. Он никогда не строил из себя интеллектуала или святого, а жил как умел и никого за это не винил, кроме себя. Он был грешником, шутом, алкоголиком, наркоманом, но он всегда оставался собой. Его честность порой граничила с простотой (та, которая хуже воровства) и просачивалась даже через стальной занавес Шарон. Он доказал, что даже если ты родился в подворотне Бирмингема, имеешь дислексию и трясущиеся руки, ты можешь заставить весь мир петь свои песни. Это и есть настоящая дисциплина духа — идти до конца, даже когда у тебя откушена голова (или ты сам её кому-то откусил). Оззи Осборн — это доказательство того, что жизнь — сумасшедшая штука, но её надо прожить.

#ozzyosbourne #история #лонг