Error 00005. Начало большой дружбы.

Мы выжили только потому, что Стинсу было лень марать руки неоплачиваемой мокрухой. Нас просто избили и вышвырнули в переулок.

Я сидел на чем-то грязном и холодном, вытирая кровь со сломанного — уже второй раз за сутки — носа, а ведь еще вчера вечером я обещал себе, что это было в последний раз.

Рядом тяжело дышал Джеки. Я без капли такта разглядывал его: золотой крест, куртка, штаны с ликом Санта-Муэрте. Бывший «Валентино», не носящий татуировок банды на шее. Такой же одиночка, как и я.

Еще несколько часов назад готовый форматировать мне мозги за басносновной стоимости груду металла, мужик превратился в наивного и по-детски амбициозного мальчика Мамы Уэллс. Да, когда лежишь мордой в асфальте, как-то не приходят в голову мысли о чужих родственных связях.

Я рассказал ему про свой блестящий дедуктивный метод — мол, с самого начала знал, что план Кирка был полнейшим дерьмом, и что я просто хотел посмотреть, чем всё закончится. Джеки оценил понты.

Мы сошлись на общей ненависти к «пиджакам» и корпоратам, ну, и, естественно, на любви к уличной жратве, которую он опрометчиво пытался сравнить со стрепней своей матушки, пусть и с условием добавления чили и еще парочки интересных ингридиентов. Естественно, знать Маме Уэллс об этом было и не нужно, да и я как-то не планировал начинать с таких историй большую дружбу. Забавно, но я в любых историях, как машина Деламейна: "Все, что было внутри нашего такси, остается внутри нашего такси".

За знатной жирной порцией лапши с синтмясом (смотря на Джексона, я не понимал, как так быстро можно потреблять пищу) он пару раз вспомнил Кирка добрым словом. К слову сказать, даже с набитым ртом, говорить он не прекращал, хотя и, чтобы понять его, мне порой приходилось долго молчать собирая воедино услышанные звуки чавкающего мамонта. В разговоре мы не обошли стороной и Пералеса, и хотя в политике Джеки был не силен, поэтому и не любил эту тему, мы все же сошлись во мнении, что как бы свои парни ни старались, в этом городе власть и независимость — понятия абсолютно противоположные.

Я понял, что Джеки — свой. А Кирк... Кирк стал просто строчкой в нашем расстрельном списке.

Общая ненависть к корпоратам сближает быстрее, чем общие цели. Но надолго ли хватит дружбы, замешанной на дерьмовой лапше, когда на кону появятся реальные эдди?