Однажды у Букиных: Ненависть, боль и любовь (эпизод 2) || «Счастливы вместе»
Едва успев переступить порог дома Букиных, лищённого четвёртой стены, зрителю предложено ощутить атмосферу взаимной вражды, выраженной ядовитыми упрёками и колкостями. Возможно, до боли знакомой некоторым из Вас. Из пары брошенных фраз, мы можем сделать несколько основных выводов.
Домочадцы не рассчитывают друг на друга, даже в таких естественных для семьи положениях, как: совместные приёмы пищи, взаимное уважение и приветствие в начале нового дня.
Дети, с трескучим раздражением, сбегают из дома, не обращая внимания на родителей. Те, в общем-то, их даже не замечают, выясняя отношения между собой.
Гена желает просто подкрепиться перед началом очередной каторжной смены. Даша измывается над ним, наверняка чувствуя в этот момент свою власть, но тем не менее решает обнадёжить его обещанием приготовить роскошный ужин.
И даже купить сок!
Посмотрим, как у неё это получится. А пока что стоит отметить, как цинично она отдаёт остатки пищи собаке, пару минут назад выслушав тираду голодающего.
Вполне возможно, что каждый член семьи просто наслаждается страданиями другого, но что если весь подобный флёр - лишь напускное юродство. Даша прекрасно понимает, что муж не умрёт с голоду, а просто перекусит чем попало по дороге на работу, ну а подростковые выходки пройдут сами собой.
В конце концов Букины, видимо, понимают сакральную истину:
“Семья, которую ты создашь сам, всегда будет важнее той, из которой вышел.”
Чуть позже мы переносимся на невольничий рынок - *Кхм.* - в торговый центр, где находится тот самый обувной магазин, за прилавком которого расположился бессменный чахнущий страдалец.
Изливая на покупательницу едкую злобу, горе-продавец, следует отметить, действительно пытался помочь и целый час за кадром бережно открывал женщине горькую правду о всёизменяющем ходе времени, затрагивающем в том числе и вчерашние девичьи ножки, уже обращённые в грубые, распухшие сваи сегодня.
Но сейчас внимание стоит обратить на иной факт. Только что в руках у Гены оказался билет на горячо любимый им футбол. Ведущий свободный от женской пяты и праздный образ жизни, его коллега насмехается над Букиным, спрашивая отпустит ли его мама-жена.
Несмотря на собственную решительность, Гена, оказавшись дома, крайне быстро сдаёт позиции. Можно сказать он и не вступает в открытую борьбу за свои мужские права, а после жидкой манипуляции о намерении потратить его же средства, безропотно усаживается возле жены. Так заканчивается его фальшивый бунт против женоцентричной системы.
К нему мы ещё обязательно вернемся, ну а сейчас авторы шоу знакомят нас с новыми Букиными, ещё не успевшими пройти этап полной трансформации и прикидывающимися нормальными.
Сливаясь с бежевой обивкой дивана, соседи будто говорят заученными фразами из “Пособия по Терпимости”, делят одно тело на двоих и вообще не смеют выражать собственное мнение при друг друге. Но разве обе позиции замалчиваются в едином порыве?
Обратите внимание, как укрощенный “недобукин” рвётся помочь женщинам на кухне, лишь бы не остаться с хозяином дома один на один, настолько чуждым после двух месяцев брака ему кажется диковато искреннее поведение Гены.
Тревожно вращая головой, как выдрессированный кокер, тот не решается включить футбол на телевизоре, тягу к которому подавлял ради одобрения его более значимой половинки. Как и тягу к самоублажению, непозволительному в его униженном положении.
Удивительно, что едкое влияние Гены так скоро повлияло на новоиспечённого семьянина и тот уже прорывается огрызнуться с собственной хозяйкой, правда этих сил хватает лишь на пару холостых выстрелов. После чего показной протест переносится уже в собственное гнёздышко, подальше от зрительских глаз.
И поэтому, прямо сейчас, нам предстоит увидеть прямое доказательство уже приведённого тезиса.
Бури и волнения новичков пробудили в Букиных воспоминания о старых добрых деньках уже их молодости. Нежно прижав к себе супругу, Гена легко забыл об испорченном завтраке, тяжёлом трудовом дне, футбольном матче и даже обещанном ему утром соке. Став жертвой Дашиной хитрой уловки с “залётом” шестнадцать лет назад и с кофе сегодня, он, ни много ни мало, пожелал позвать её в местную забегаловку, чтобы провести время - внимание! - только вдвоём!
А смотря на то, как игриво муженёк отводит плутовку в спальню для дальнейшего времяпрепровождения, у сомневающихся в “Театре абсурда” имени Букиных, волосы вообще должны встать дыбом.
В этот момент каждая ехидная шуточка, каждое обидное слово, показное недовольство физической близостью с женой или тысячная жалоба на паршивых детей, которые, не здороваясь, требуют у отца деньги, - всё это становится не более чем бранью милых, а именно - потехой.
Потехой, развернувшейся на шесть долгих сезонов, где с каждой серией страдальческий вой Гены лишь усиливается, но навсегда остаётся не более чем забавной выходкой...